— Ещё километр, — доложил Маркус. — Прямо, потом налево.

Дюбуа услышал вой. Справа, из переулка, выбежала стая гулей. Двадцать, тридцать, миг и уже не сосчитать. Примитивные, звери. Врезались в толпу. Началась резня. Крики, кровь, давка. Люди метались, кто-то дрался, кто-то просто бежал. Гули рвали, кусали, тащили вниз.

— Едь дальше, — сказал Маркус. — Не останавливаться.

— Там дети, — тихо сказала Жанна.

— Знаю. Но мы не спасём их. Нас семеро. Их триста. А гулей, ещё больше…

Джипы проехали мимо. Пьер смотрел в окно. Видел, как гуль сбивает женщину с ребёнком. Как другой гуль вырывает младенца из рук. Как третий вгрызается в горло мужику, который пытался защитить семью. Легионер сжал HK417 до побеления костяшек. Хотел выйти, стрелять, убивать этих тварей. Но понимал — Маркус прав. Не спасут. Только умрут сами.

— Блядь, — выдохнул он.

Жанна молчала. Смотрела прямо перед собой. Глаза пустые.

Проспект сузился. Впереди — площадь. Большая, круглая. В центре — фонтан, давно высохший. Вокруг — армейские грузовики, джипы, БТРы. Солдаты, много солдат. Пулемёты на треногах, мешки с песком, блокпосты. Эвакуационный пункт. Армия держит периметр.

Но вокруг площади — хаос. Тысячи людей давят к блокпостам, орут, машут руками. Солдаты стреляют поверх голов, пытаясь сдержать. Не получается. Толпа прорывается. Где-то справа грохнул взрыв — граната, может мина. Столб дыма и тел.

— Въезжаем, — сказал Маркус. — Давим гудок, едем к блокпосту. Ахмед, кричи по рации, что мы ООН.

Ахмед схватил рацию:

— Эвакпункт, эвакпункт, это 28 отдел, ООН, два джипа, везём раненых, пропустите, мать вашу!

Джипы влезли в толпу. Люди расступались, медленно. Кто-то колотил в окна, кричал, просил забрать. Водитель не останавливался. До блокпоста сто метров, восемьдесят, пятьдесят. Солдаты увидели джипы, один офицер махнул рукой. Блокпост открылся, мешки с песком раздвинули.

Джипы въехали внутрь. За ними блокпост закрылся снова. Толпа давила, но солдаты держали. Пока.

Команда вышла из машин. Все грязные, в крови, уставшие. Ян с трудом слез, Питер помог. Маркус огляделся — площадь полна раненых, сотни на земле. Медики бегают, не хватает рук. Вертолёт взлетает, забитый людьми. Другой садится, пустой. Грузовики едут, едут, едут.

Координатор подошёл — не Макгрегор, другой, лысый, в грязной рубашке.

— 28 отдел? — спросил он.

— Да, — ответил Маркус.

— Госпиталь пал, — перебил координатор. — Час назад. Гули взяли. Всех сожрали.

Маркус замолчал. Кивнул.

— Что дальше?

— Эвакуация продолжается. Армия не справляется. Город потерян. Приказ — вывезти максимум людей, потом отходим сами.