— Сколько времени?

— До темноты. Потом всё, гули выйдут массово. Ночью город станет их.

Пьер посмотрел на небо. Солнце клонилось к закату. Часа четыре, может пять. До темноты. Потом Дакка окончательно превратится в ад.

Легионер сел на ступеньки грузовика. Достал флягу, сделал глоток. Вода тёплая, противная. Жанна села рядом. Молча. Плечом к плечу. Они молчали, глядя на площадь, на тысячи людей, на умирающий город.

— Мы не спасём их всех, — тихо сказала она.

— Знаю, — ответил Пьер.

— Но мы попытаемся?

— Да. Попытаемся.

Она кивнула. Положила голову ему на плечо. На минуту. Потом встала.

— Тогда пошли работать.

Дюбуа поднялся. Проверил оружие. Патронов мало. Попросил у снабженца новые магазины. Серебро, бронебойные. Запасся. Команда собралась у джипов.

Маркус смотрел на планшет.

— Есть ещё три точки, где застряли люди. Школа, больница, жилой дом. Везде по сто-двести человек. Нужна помощь. Кто пойдёт?

Все подняли руки. Даже Ян, с раненой ногой.

— Хорошо, — сказал немец. — Тогда делимся. Я, Шрам, Жанна — школа. Ахмед, Коул, Питер — больница. Ян, оставайся здесь, раненый. Помогай координатору.

— Да пошёл ты, — огрызнулся Ян. — Я иду.

— Оставайся, поляк. Это приказ.

Ян выругался по-польски, но сел. Знал, что прав командир.

Команды разошлись по джипам. Двигатели завелись. Ворота открылись. Джипы выехали обратно в город.

В ад, который становился лишь жарче.

Школа находилась в трёх кварталах от эвакпункта, но эти три квартала превратились в зону боевых действий. Джип петлял меж горящих машин, объезжал завалы, давил гулей, которые выскакивали из подворотен. Дюбуа стрелял через окно, короткими очередями — патроны экономил. Серебра осталось два магазина. Потом только бронебойные.

Школа оказалась трёхэтажным зданием из кирпича, окружённым забором. Ворота сорваны, во дворе — тела. Много тел. Маленькие тела. Дети. Пьер сжал челюсти. Не смотреть. Некогда. Живых спасать надо.

На втором и третьем этажах горел свет — генератор работал. В окнах мелькали фигуры. Живые. Человек сто, может больше. Дети, учителя. Заперлись внутри, когда началось. Умные. Но теперь в ловушке.

Потому что снаружи было человек пятьдесят… гулей.

Стая кружила вокруг здания, как волки вокруг овчарни. Примитивные и разумные вперемешку. Примитивные рвались к дверям, царапали стены, выли. Разумные действовали тише — искали слабые места, окна на первом этаже, пожарные лестницы. Один гуль карабкался по водосточной трубе. Другой пытался выбить дверь чёрного хода. Третий просто стоял в центре двора, смотрел на здание. Командир, сука. Организует атаку.