Гули появились массово. Вылезли из домов, из переулков, из-под завалов. Двадцать, тридцать, сорок. Увидели БТР, побежали. Примитивные, тупые, голодные. Бегут на звук мотора, как мотыльки на свет.

Легионер открыл люк в крыше, высунулся. Ветер ударил в лицо, горячий, пахнущий гарью. Схватил ПКМ, развернул на толпу. Пулемёт на турели, лента заряжена. Тысяча патронов, обычные, не серебро. Но на такой скорости и в таком количестве сработают.

Нажал на спуск. ПКМ заработал, длинная очередь. Сто патронов за десять секунд. Трассеры прочертили воздух красными линиями. Пули били по гулям, по асфальту, по стенам. Трое гулей упали сразу, головы размазаны. Ещё пятеро споткнулись, ранены в ноги, грудь. Остальные бежали дальше, не останавливаясь. Обычные пули их не убивают быстро, только замедляют.

Дюбуа дал ещё одну очередь, полсотни патронов. Ещё двое упали. Но гули уже близко, метров десять. Легионер бросил пулемёт, схватил Vector с плеча. Серебряные экспансивные патроны. Тридцать в магазине. Прицелился, короткая очередь. Три пули, один гуль. Голова лопнула, серебро сработало мгновенно. Вторая очередь, второй гуль. Третья, третий.

БТР катил на скорости сорок километров в час, легионер стрелял с турели. Гули бежали сбоку, пытались запрыгнуть на броню. Один успел, вцепился в борт. Пьер развернул Vector, выстрелил в упор. Три пули в грудь, серебро вспороло плоть. Гуль упал, покатился под колёса. Хрустнул.

Ещё двое запрыгнули, полезли к люку. Легионер швырнул гранату под ноги. Ф-1, осколочная. Четыре секунды до взрыва. Он нырнул в люк, захлопнул. Взрыв снаружи, глухой, БТР тряхнуло. Гулей смело взрывной волной, осколки звенели по броне. Пьер выглянул — двое мёртвых на асфальте, остальные отстали.

Проспект кончился, началась площадь. Большая, круглая, фонтан в центре. Вода не работает, чаша пустая, заполнена трупами. Вокруг площади — здания административные, стекло и бетон, современные. Одно горит, пламя лижет верхние этажи. Другое разрушено, половина обвалилась. Третье целое, но окна чёрные, пустые.

На площади толпа. Гули. Сотни. Может, тысяча. Кучкуются вокруг фонтана, рвут что-то. Тела, наверное. Или друг друга — гули жрут даже себе подобных, когда голод сильный.

Дюбуа притормозил, оценил обстановку. Объехать нельзя — площадь единственный путь в центр города. Прорываться? Их слишком много. Даже БТР не проедет через тысячу гулей. Застрянет, окружат, разорвут броню руками. Гули сильные, в толпе способны на многое.

Нужно проредить.

Легионер остановил БТР, оставил мотор работающим. Вылез на крышу через люк, взял Barrett. Винтовка тяжёлая, но на турели удобно ложится. Упор есть, стрелять можно. Открыл сошки, установил на броне. Лёг, глянул в оптику.