Глубоко в коллекторе, откуда они только что пришли, раздался звук. Сначала это был лишь далёкий, осторожный всплеск чёрной воды. Затем — глухой, ритмичный стук когтей по бетону, многократно усиленный гулким эхом туннеля. И, наконец, характерный, пробирающий до костей сип — тяжёлое, надсадное дыхание через порванные гофрированные трубки старых армейских противогазов. Снорки. Целая стая мутировавших солдат, привлечённая запахом свежей крови Контролёра и металлическим скрежетом вскрытой гермодвери. Звук приближался с пугающей, неотвратимой скоростью, отражаясь от склизких стен шахты нестройным, хищным стаккато. Ветеран 28-го отдела хладнокровно дослал первый патрон в патронник АКМС, положил тяжёлый дробовик КС-23 на ближайший металлический стол и всмотрелся в кромешную тьму коллектора, ожидая первый контакт.

XIII

— Ещё две минуты, реликт! Механика закисла намертво! — истерично крикнул Крид, высекая снопы синих искр из раскуроченной панели сейфа.

Шрам не ответил. Тьма коллектора выплюнула первую тварь. Снорк взвился в воздух в немыслимом, ломаном прыжке, метя грязными, изогнутыми когтями прямо в лицевой щиток шлема ветерана. Грянул выстрел АКМС. Очередь тяжёлого калибра 7.62 разворотила мутанту грудную клетку прямо в полёте, отбросив искорёженное тело обратно в зловонную воду. Но за ним из темноты хлынула сплошная, живая волна. Десятки гротескных фигур в гниющих комбинезонах полезли по стенам, влажному потолку и ржавым трубам, оглашая туннель нечеловеческим, захлёбывающимся визгом. Шрам отбросил опустевший автомат на ремне, схватил КС-23 и вдавил спуск. Выстрел двадцатитрёхмиллиметровой вольфрамовой шрапнели снёс сразу четырёх мутантов, превратив узкий проход в кровавую, чавкающую мясорубку.

Чудовищная отдача заставила пневматику протеза яростно зашипеть, стравливая перегрузку, но ветеран стоял насмерть, монотонно и безжалостно дёргая помпу. Бам! Клац-клац. Бам! Горы разорванного мяса начали блокировать вход, но твари лезли прямо по бьющимся в конвульсиях трупам своих сородичей с фанатичным, слепым упорством. За спиной наёмника раздался громкий, тяжёлый металлический лязг. Многотонная дверь вольфрамового сейфа с протяжным стоном отвалилась в сторону.

— Взял! Чипы у меня! — взревел Крид, вытаскивая из свинцового нутра два тяжёлых, герметично запаянных армейских тубуса.

— Отходим к вертикальной вентиляционной шахте! Живо! — хрипло скомандовал Шрам, вырывая чеку из оборонительной гранаты Ф-1 и бросая ребристую «лимонку» прямо под ноги надвигающейся орде. Он отступил вглубь лаборатории за секунду до того, как оглушительный взрыв и облако бетонной шрапнели на мгновение отрезали их от беснующейся стаи. Времени на спасение оставались считанные секунды.