– Ну что, ваше величество, какие планы? – заголосил Тристрам. Непривычно оказалось слышать столь радостные интонации в этом месте. Обычно тут говорила лишь Кьяра, и тон ее был приказным или упрекающим, а все, кто отвечал, чаще оправдывались или робко предлагали варианты. – Возвращаетесь домой?

– Пожалуй, пора. Тобиас там, наверное, с ума сходит от ожидания.

– Он храбрый малый, – возразил Тристрам. – Справится.

Я вспомнил, как однажды напугал Тоба на стене, появившись за его спиной, и не сдержал смешка. Легко быть храбрым, когда не слышишь одним ухом – меньше поводов для беспокойства.

– А какие планы у вас, господин директор? – поинтересовался я. Как и ожидалось, Тристрам мгновенно смутился. – Готовы браться за восстановление Кетрингтона? Их доверие придется завоевывать с нуля.

– Не называй меня так.

– Почему же? Не думаю, что ты заставишь Зарию руководить школой. Иных вариантов не остается.

– Справляться с тем, что мы натворили, придется годы, если не десятилетия, – вздохнул он, поправляя непослушные кудри. Его волосы почти отросли до той прически, с которой я в последний раз видел его в мире, откуда пришел, и по которой все это время так скучал. – Мы, конечно, чародеи, но отстроить столько домов вдвоем без рабочей силы…

– Так найми ее.

– У меня нет сбережений, – слегка стыдливо признал Тристрам.

– Зато есть у меня. И теперь они твои.

Вив широко раскрыла рот, чтобы продемонстрировать удивление, хотя это, конечно, было игрой. Именно она напомнила мне о том, что Кетрингтон вообще надлежит восстанавливать – я бы о таком просто не подумал. Обычно я делал все, что от меня требовалось, получал деньги и исчезал, возлагая последствия, какими бы страшными они ни были, на плечи заказчиков. Они просили о помощи – им и расхлебывать.

– Ты не должен, – закачал головой Тристрам, сделав два маленьких шага назад, будто моя неожиданная щедрость заразна.

– Я и за всю жизнь их не потрачу. Времени мало. – Произносить это вслух приходилось, чтобы самому наконец осознать, но пока что отсутствие магии казалось временным неудобством, нелепой шуткой, которую я повторял, ожидая, что кто-нибудь наконец рассмеется. – Тем более я сам до них ни за что не доберусь, – добавил я, поднимая руки; кончики пальцев не отозвались покалыванием или жжением. – Но ты сможешь снять заклинание. Там ничего сложного.

Фабиан прокашлялся.

– Я до сих пор едва ли помогал островам, которые завоевал, но…

Тристрам заставил его замолчать – и я не уверен, что магия сама не соскользнула с его пальцев, воспользовавшись волнением хозяина.