— А что дальше? — спросил я, вынырнув из потока мыслей, и, кажется, кого-то перебив.

— О чём ты? — Кайр поднял взгляд с разложенной карты и посмотрел на меня, нахмурив брови.

— Что вот за этими малыми королевствами? — Я приподнялся со стула и обвёл пальцем вокруг Малфорта. — Там ведь тоже есть какие-то страны? Есть там армии и люди, готовые нам помочь? Разве вместе человечество не отстоит собственный мир?

Я увидел, как лёгкая улыбка проявилась на лице Норы, Куру усмехнулся, а Кайр покачал головой и ответил:

— Если бы собрались все сильнейшие и достойнейшие герои, все армии и правители от демонов не осталось бы и мокрого места. Но такого никогда не будет. Мантикор не просил помощи у равных себе, потому что знал: после победы союзники потребуют плату, а Малфорт всегда был очень жирным и привлекательным куском земель на карте. Так же мыслят и остальные. Слабейшие сдадутся без боя, сбегут, сгинут. Сильнейшие будут сражаться поодиночке, пока недружелюбные конкуренты смотрят со стороны, ожидая своей очереди, но надеясь на лучшее.

— Не понимаю, — сказал я, не скрывая своего разочарования, ведь на карте было так много обособленных территорий, некоторые даже больше Малфорта. — Это же угроза для всех. Демоны хотят подчинить весь мир и переделать его под себя.

Я знал немало случаев из реальной истории Земли, когда даже непримиримые, казалось, враги объединялись под одним знаменем против общего врага. А сколько было написано историй вымышленных, про союзы эльфов и гномов, альянсы разных рас и культур.

— Ты плохо знаешь нашу историю, — спокойным и снисходительным голосом сказала Нора. — Малфорт до вторжения демонов был мирным и сильным, пока остальные короли где-то там далеко горели в междоусобных войнах. У каждого сильного правителя есть придворный маг, а то и несколько. Как ты думаешь, знают ли они, что во вторжении демонов виноват сам Мантикор?

— Я думаю, если уж есть маги, то они могли им подсказать… — с сомнением ответил я.

— Знали в самый первый день, — добавила Нора. — Если Малфорт проиграет, никто не придёт на помощь, все будут только винить короля-самодура. А если и придут, то казнят его сразу же после победы и поделят королевство между собой.

Мне вдруг пришла мысль о том, что всё это время я сражался за Малфорт, за эти обманчиво красивые знамёна и за дурака короля, который хотел выжать меня как спелый фрукт удачи. Дурная мысль, конечно. Я давно бы уже мог уйти, но где гарантии, что на краю света меня, в конце концов, не настигнут рогатые твари, а остальные короли выстоят? Именно этого я и боялся, люди могли проиграть даже объединившись (слова Кайра про объединение и «не осталось бы и мокрого места» показались мне бахвальством). Судя по словам Норы, никакого объединения и так и так не произойдёт, а значит, про эпическую победу точно можно забыть.