— Нет! — четко и ясно ответил я без малейшего лукавства — Не хотел бы!

— Вот! И я бежал! Глупцы торговцы сорвали печать с крышки моего саркофага, а затем оставили его в сарае до утра. Тихонько выбрался я наружу, вышел за дверь и удавив единственного сторожа, заполз во тьму сточной канавы, где нашел путь ведущий в благословенные тьмой катакомбы. С тех пор здесь и живу!

— Отлично! — порадовался я за предприимчивую мумию — Затхлик! Я передам деду Крутовану радостную весть, что ты жив и здоров! Э… ты конечно давно мертв, но при этом жив! Вот… А еще дед Крутован сказал, что знаешь ты, куда пошли некие девять святых бездарей. Крутована интересует их дальнейшая судьба.

— Ах эти! О Тьма! О Засуха! Я никогда не видывал столь глупых и бездарных! Сам никчемность! Вдевятером они напали на трех крыс! И потерпели пораженье! Скрываясь в темноте, в глубокой нише у угла, я жадно наблюдал за битвой — и развлеченье и надежда. Быть может мне удастся уволочь кого во тьму и там неспешно насладиться кровушкой горячей. Ух!

— Ух! — повторил и я, стараясь не показывать дрожь.

— Но они остались живы! Хоть крыс не одолели, но выжить сумели! Тьфу! Но я не сдался. Я мертв давно, я терпелив и потому остался там, во тьме, вовсю глазея на сказочных глупцов! Я ждал оказии, надеялся на чудо. Смотрел, как отдуваясь и бранясь, все девять отлежались, затем немного подлечились, бинтами обвязали головы дурные, своим богам молитву вознесли, да вновь пошли по узким коридорам. А я пошел за ними следом! Как тень бесшумно крался я за ними! И лишь порой, не в силах сдерживать голод, зубами часто щелкал я. Они пугались! Кричали! Кружились! Стреляли в темноту! Ох бездари! Ох странные созданья!

Запрокинув голову Затхлик часто и громко застучал зубами. Звучало страшно. Будто мертвячьи кастаньеты. Если б я спокойно шел по катакомбам и вдруг услышал за спиной такой зловещий перестук — сразу бы схватился за оружие.

— Еще трижды сражались они с крысами. В первой схватке победили. Во второй была ничья. Добавилось бинтов на головах. Молитвы стали жалобней и тоньше. Одна девчушка предложила сдаться. Вернуться к свету, подняться к дому. Но прочие не стали слушать ее мольб. Отряд бездарный путь продолжил. Я шел за ними где-то с милю. Затем отстал — бинты намокли, а это плохо! Ведь я не зомби склизкий, я мумия! Мои бинты — моя отрада! Мои бинты — моя броня!

— Понимаю. Ты поступил верно, друг Затхлик. Но что же стало с бездарями?

— Они оставили проход центральный. Покинули канал подземный, пойдя по боковому отвороту. Я не пошел за ними, но место то приметил — там арка черная вокруг прохода ведущего во тьму. Держа над головами факелы пылающие, бездари вошли и из виду пропали. Я терпеливо ждал не меньше часа. Но так и не дождался. Затем я удалился. Вернувшись в дом, привел себя в порядок, подсушился, взял несколько зеркал, да и пошел я в гости к другу своему. Там посидели мы, немного поворчали, испили чаю. Тогда и рассказал я Крутовану о девяти святых бездарях.