* * *

Каспийское море, шхуна «Тарантул»

— Ваше Высокородие, пять лодок аламанщиков по правому борту! — доложил вахтенный мичман капитану корабля.

— Сменить курс, догоним этих разбойников, — тут же приказал офицер. — Петр Егорович, — обратился он после ухода мичмана к своему помощнику. — Они ваши. Считайте это моим последним приказом.

— Все-таки вам дают повышение? — улыбнулся Скородубов.

— Именно так. Убываю на службу комендантом в Баку. Видеться, как понимаете, все равно будем часто, хоть и не каждый день, — улыбнулся опытный моряк.

Вдохновленный такими вестями, Петр Егорович тут же поспешил на палубу, чтобы принять командование уничтожением пиратской шайки. Никак не хотят униматься эти аламаны! Главная головная боль любого торговца и причина, почему флот Его Величества не отбывает здесь номер, а ведет реальные боевые действия. Пусть и со значительно более слабым противником.

Очевидно, пираты не ожидали появления российского военного корабля и вообще возвращались из удачного набега. Впередсмотрящий заметил в лодках связанных людей, а сами аламаны изо всех сил налегали на весла. Но против скорости шхуны тягаться не могли. Не удивительно, что вскоре лодки стали приближаться. Палить из пушек по ним Петр Егорович не хотел, чтобы не пострадали случайно взятые в плен мирные рыбаки, подданные Его Величества. А потому приказал спустить шлюпки на воду, в которых разместились вооруженные матросы.

— Пальните перед ними для острастки, — приказал Петр Егорович, тоже забираясь в шлюпку.

Тут же засуетились канониры и через пять минут, когда лодки флота уже двинулись к пиратам над их головами пролетело ядро, упавшее в двадцати метрах перед пытающимися сбежать аламанами. Те намек поняли правильно, прекратив грести. Когда между шлюпками флота и лодками разбойников расстояние сократилось до тридцати метров, Скородубов приказал переводчику передать аламанам приказ о сдаче.

Те что-то закричали в ответ.

— Что они там лают? — посмотрел на переводчика офицер.

— Требуют их отпустить, иначе прирежут пленников.

— Скажите им, в случае гибели пленных мы просто уничтожим их всех. А так у них будет шанс жить, пусть и в тюрьме.

Шлюпки тем временем продолжили сближаться с противником, но уже не так быстро. Сидящие в носовой части матросы взяли гладкоствольные ружья и стали их споро заряжать. У парочки особо опытных были карабины. Сам Петр Егорович имел при себе капсюльный однозарядный пистолет. Заряжать он его пока не торопился, намереваясь обойтись силами подчиненных. На крайний случай, если дело дойдет до прямой сшибки, у каждого матроса имелся палаш. Это огнестрела на всех не хватало, а вот холодным оружием государь обеспечил всю свою армию. У противника ружья тоже имелись, но в существенном меньшем количестве. Самое большее — три ствола на лодку, потому ответного огня Петр Егорович не опасался. Ну стрельнут разок, толку то? При огромной удаче противника только трое из матросов пострадают, и то такой исход крайне маловероятен. Стрелки из аламанов неважные, да и качка не способствует меткости. О чем и сами разбойники были в курсе. Вон, с напряженными лицами свои сабли сжимают, да стараются ко дну лодки прижаться посильнее.