— Роман Сергеевич, полагаю, нам еще есть что обсудить. Уже не на публику, — хищно улыбнулся он.
Ну вот, кажется, сейчас я узнаю — решились ли меня кинуть с компенсацией, или сдержат слово в полном объеме.
Глава 15
8 сентября 1859 года
— Чаю? Чего-то покрепче? — спросил меня Борис Романович, когда мы расположились в курительной комнате.
Здесь была пара кресел, тумбочка с сигарами и сигаретами, даже две трубки лежали, а также курительный табак. Рядом со всем этим богатством нашлось местечко и под коробок спичек с одной зажигалкой. Последняя была настоящим произведением искусства — золотая с изображенным на ней орлом, словно пикирующим на добычу.
Окно было приоткрыто, от чего в комнате пока что пахло свежестью шедшего на улице дождя. Ну и прохладно здесь было по той же причине. В комнате были мы вдвоем. Виталий Мстиславович поспешил максимально быстро покинуть поместье, даже ни с кем не попрощавшись. Что тоже легло на чашу весов моих подозрений в желании этих двоих кинуть меня с компенсацией.
— Благодарю, но пожалуй откажусь, — покачал я головой.
— Что ж, вы несомненно заинтригованы причиной, почему я позвал вас сюда, — с утверждением в голосе заявил Борис Романович.
— А так же тем, что наша договоренность так и не выполнена с вашей стороны до конца, — не выдержал я.
— Ах это, — покровительственно усмехнулся Михайлов. — Если вас это тревожит…
Тут он, засунув руку во внутренний карман пиджака, достал оттуда листок. Когда я принял его из рук Бориса Романовича, то узнал в бумаге чек, по которому я смогу снять в банке пятьсот рублей. Именно такая сумма была прописана в нашем соглашении. Получателем стоял я, поэтому проблем с обналичиванием чека не должно возникнуть. Положив чек уже в свой карман, я гораздо спокойнее посмотрел на мужчину.
— И почему нельзя было раньше его передать? — спросил я.
— Ну не омрачать же праздник столь вульгарными вещами? — снисходительно улыбнулся Борис Романович.
— Получается, позвали вы меня отнюдь не за передачей этого чека, — пришел я к выводу.
— Вы проницательны, — польстил он мне. — Прежде чем перейдем к сути… моего предложения, я расскажу вам небольшую предысторию. Почему вообще позвал на этот разговор.
Мне и самому было интересно послушать Михайлова, спешить тоже особо было некуда, поэтому я принял позу поудобнее и приглашающе махнул рукой.
— Начну с момента нашей последней встречи, — принялся за рассказ Михайлов. — Тогда вы были для меня темной лошадкой, уж не примите за грубость. Неизвестный молодой дворянин, еще даже не достигший совершеннолетия, и вдруг вступил в конфронтацию с одним из членов нашего собрания. Как глава я обязан защищать в первую очередь дворян нашего круга. Уверен, глава Дубовского дворянского собрания поступает точно также. И когда Виталий Мстиславович обратился ко мне за помощью, мои действия были мне очевидны. Но… — тут он развел руками, — вы осложнили мою работу, позвав Марию Парфеновну.