— Клофелин пропал, — сказал Эдик. — Он вот тут лежал.

— Зачем? — удивилась Наташа.

— Что зачем? — парень не понял.

— Зачем тебе в тайге клофелин?

— Ну, — наш лекарь даже растерялся, — не знаю, вдруг пригодится. Я всегда с собой лекарства беру. Привычка такая.

Он поставил аптечку на стол, закрыл крышку.

Тоха победно поднял палец вверх.

— Тем более, — сказал он, — и клофелин мог взять кто угодно.

Юрка криво улыбнулся, опустил глаза, не решаясь встретиться с Зиночкой взглядом. И проговорил упрямо:

— Только сбежал не кто угодно, а Генка…

* * *

Дальше завязался спор. Юрка сцепился с Эдиком. Первый загибал пальцы, приводил аргументы. Второй никак не хотел соглашаться. Коля занял нейтралитет. Зиночка тихо плакала. Наташа ее утешала.

Тоха поманил меня пальцем в дальний уцелевший угол. Подхватил с раскладного столика пачку Примы и спички, предложил:

— Закурим?

Я не был любителем курева без фильтра, но отказываться не стал. Не до жиру. Коля тихонько прошмыгнул к нам.

Когда первый дымок взвился вверх, Тоха расслабился, горько улыбнулся и сказал почти шепотом:

— Ты уже все понял, но я обещал. Поэтому слушай — тем вечером мы решили обмыть находку. С собой у нас было две бутылки вина и водка. Водку оставили до лучших времен, а вино…

— Вино раскупорили, — сказал Коля. — Все были так счастливы! Юрка немного дулся, но это не в счет. Он всегда такой. Мы с детства дружим, привыкли.

Он махнул рукой. И посмотрел на Тоху, предлагая продолжить.

— Было весело. Наташа пела. Колька пытался всех пугать шаманскими проклятиями. Генка наглядеться не мог на свой артефакт. Кричал о научном открытии. Мечтал, что защитит диссертацию, что станет известным на весь Союз. А потом всех стало рубить. Как-то сразу, в момент. Мерзкое, доложу тебе ощущение. Я до сих пор не могу вспомнить, как оказался в палатке.

О замолчал, с сожалением откинул докуренный бычок, тут же начал новую сигарету.

— Я утром, когда выбрался из палатки, был еле живой — ноги ватные, в ушах звенело, голова раскалывалась, во рту словно кошки нассали. Огляделся и ох… — он осекся и выразился прилично, не так, как хотел изначально, — охренел. На поляне был форменный погром. Котелок валялся, подпорка под навесом оказалась сломана. Кто-то распотрошил Генкин рюкзак и вытряс содержимое на траву.

— Кто-то еще на поляне был? — спросил я, не сильно понимая зачем.

— Я и Зина, — сказал Санжай. — Мы первыми проснулись. Так уж вышло. Потом поднялась Ната, потом Тоха, Эдик. Последним Юрка. Потом уже сообразили, что нет ни тебя, ни Генки.

Антон перехватил эстафету.

— Проверили палатки. Все твои вещи лежали на месте. Генкины тоже. Пропала только та одежда, в которой он был вечером. Идол этот чертов тоже пропал да кое-что по мелочи: фляга, нож, фонарик и две банки тушенки. Потом уже выяснилось, что карты тоже нет.