Больше Алексей не успел заметить, потому что в следующую секунду незнакомец бросился к двери. Воронов попытался перехватить его у самого порога. Схватил за рукав с такой силой, что ткань треснула, издав сухой короткий звук. В этот короткий и почти невыносимый миг, когда рукав пальто и рубашки незнакомца задрался вверх от рывка, Алексей увидел его запястье.

Тёмное родимое пятно — небольшое, неровное, почти овальное, оно находилось чуть выше косточки, там, где кожа особенно тонкая. Фонарный свет из окна упал на него на долю секунды — и пропал, потому что незнакомец сориентировался.

Осознать увиденное Алексей не успел. Человек дёрнул руку к себе, не заботясь о том, что рубаха и рукав пальто могут порваться. Воронов не ожидал сопротивления и на мгновение потерял равновесие.

В этот момент он получил удар с разворота в грудь. Это был жёсткий, почти профессиональный удар, отбросивший его в сторону. Тяжёлый абажур над злосчастным столом не выдержал, качнулся и рухнул на пол с грохотом, который в ночной тишине квартиры показался оглушительным. Где-то в глубине коридора вскрикнула женщина испуганным сопрано, но почти сразу замолчала.

Алексей оттолкнулся от стола и поднялся. Голова ещё шумела от удара, руки и ноги слушались плохо. Следующий удар в плечо отбросил его на острый угол шифоньера, ударивший в лопатку так, что на секунду перехватило дыхание. А потом дверь распахнулась настежь, ударившись о стену. В коридоре мелькнула тёмная быстрая тень, и почти сразу послышались шаги по черной лестнице, быстрые и уверенные, перепрыгивающие через ступени.

— Стой!

Алексей бросился следом, ещё не отдышавшись, держась за стену в повороте коридора. В квартире уже просыпались: хлопнула дверь Виктора Михайловича, где-то вскрикнула Анна Петровна, в кухне что-то упало, потревоженные бегом незнакомца. Но Алексей уже летел следом, выскочил и ринулся вниз по узкой лестнице, перепрыгивая через ступени, держась за перила на поворотах, слыша впереди гулкие удары чужих шагов о каменные ступени.

Внизу хлопнула дверь чёрного хода.

Воронов выскочил во двор на несколько секунд позже.

Двор уже был пуст.

Только в арке мелькнула тёмная фигура, и растворилась в ночи так быстро и бесследно, как исчезает тень, когда гасят свет.

Алексей остановился посреди двора. Он тяжело дышал. Мокрые камни под ногами блестели в свете фонаря. С водосточной трубы капало — редко, методично, равнодушно. Кот спрыгнул с поленницы и теперь сидел у его ног, задрав голову и глядя в сторону арки с таким выражением, будто тоже провожал взглядом убегающего.