Корнелия вело чутье, меня – Корнелий. Это место, казалось, было устроено против всякой логики – мы с таким же успехом могли бы пробираться по лабиринту. Я сказала об этом Корнелию, но он по-кошачьи странно пожал плечами.

– Здесь неплохо. Я иногда прихожу сюда сменить обстановку. Половить мышей, съесть пару пауков. Поспать на стропилах.

Стены странно колебались, когда наши тени падали на них. Они словно решали, оставаться прочными или нет.

– Это нормально? – Я указала на них свободной рукой.

– Не обращай внимания, – посоветовал Корнелий. – Будешь слишком присматриваться – попадешь назад.

– Ну спасибо, – пропыхтела я.

Да, Колин весил мало, но он еле двигался и никак не помогал мне, так что поддерживать его становилось все труднее.

Дом словно застонал, как старое скрипучее дерево в бурю. Паутина колыхнулась. Интересно, что случилось с пауками, когда на этом месте вырос Дом волшебника?

– Хватитдумать ! – резко сказал Корнелий, словно прочитав мои мысли.

– Все люди так делают, – возразила я. – Мысли так просто не остановишь.

Кот издал недовольное фырканье, в котором выразилось все, что он думает про двуногих.

– Почему все-таки ондрожит ? – не унималась я. – Он всегда так делает?

– Насколько я знаю, нет. Наверное, нас ищет волшебница.

– Меня это как-то не утешает. А вдруг она обрушит Дом нам на головы?

– Тут уж ничего не поделать, – заметил Корнелий.

Я постаралась ни о чем не думать и сосредоточилась на кошачьем хвосте – Корнелий вел меня по новому коридору.

– Откуда ты знаешь, куда идти? – Я уже запыхалась.

– Я просто иду, – объяснил он, оборачиваясь через плечо, и ехидно прибавил: – Все кошки так делают. Лапы так просто не остановишь.

Формой Другой Дом отличался от Дома волшебника, но в некоторых местах эти два строения, похоже, совпадали, как два ручья, что сливаются в один поток.

В таких местах стены колебались заметнее, словно дерево и штукатурка были занавесом, разделявшим оба Дома, – занавесом, который можно отдернуть рукой. Я старалась не смотреть на изгибавшиеся стены: Корнелий говорил, что так я могу отправить нас назад прежде, чем мы будем к этому готовы.

Волшебный Дом словно обвился вокруг старого, как душащий дерево вьюнок, не давая дышать тому, что было здесь раньше, но искра жизни в Другом Доме еще теплилась. Стоя в какой-то заброшенной комнате, я испытала боль и поняла: это бывшая кухня. Будто следы былой красоты на морщинистом лице.

Мы открыли дверь, к которой, казалось, давно никто не прикасался – точнее, попытались открыть. Что-то захлопнуло дверь. Опустив голову и все еще поддерживая Колина, я изо всех сил уперлась в нее; то, что было за дверью, со скрипом и треском подалось, и я чуть не упала на порог в облаке пыли и остатков каких-то растений.