Время пришло. Я завёл руки за спину и мои ладони сомкнулись на рукоятках двух тяжелых ножей, рожденные улицами Нижнего города. Их сталь встретила «Снежный рёв» в глухом ударе. Искры вспыхнули, ослепив Жанлиня, а грохот столкновения прокатился по арене, будто удар грома в каменный свод.

Жанлинь нажимал, используя преимущество длинного клинка. Я отступал, парируя, блокируя, направляя его удары в сторону. Мои ножи были короче, но в ближнем бою они давали мне преимущество. Я играл в обороне, изучая его ритм, ожидая момента.

Внезапно Жанлинь отскочил назад и поднял свободную руку. На его ладони вспыхнул зеленый глиф.

— Ядовитая лоза! — прорычал он.

Из земли взорвались толстые стебли, покрытые изумрудными шипами размером с кинжал. Они тянулись ко мне, извиваясь как живые змеи, источая смертоносный яд. Воздух наполнился сладковатым запахом растительного токсина. Именно этим глифом Ксу убила свою мачеху, и она объяснила мне все слабости этой способности.

Но я уже двигался следуя советам своей подруги. Прыжок влево, кувырок вперед, еще один уклон — лозы хлестали по воздуху там, где секунду назад было мое тело. Песок шипел там, где капли яда касались его поверхности.

— Сражайся как воин, трус! — взревел Жанлинь, швыряя новые лозы. — Не бегай как крыса!

Я улыбнулся видя как он бесполезно тратит эссенцию. Я танцевал постоянно уворачиваясь от его атак, пока не увидел брешь в его технике. Пора преподать ему урок о том, что значит истинный бой.

В моем сознании вспыхнул образ глиняного глифа призрачного хлыста. Миг и эссенция воздуха активировала мой первый боевой глиф, и из пустоты тут же материализовался длинный плетеный хлыст из темной энергии.

Жанлинь увидел движение слишком поздно. Хлыст обвился вокруг его торса и дернул резко влево, сбивая с ног. В тот же миг я нанес удар поперек его спины.

Плеть из духовной энергии разорвала шелк халата и вспахала кожу глубокими бороздами. Кровь брызнула на песок арены.

— АААРГХ! — Жанлинь покатился по песку, глаза его налились кровью от ярости и боли. — Я… убью… тебя!

Что-то изменилось в его ауре. Эссенция вокруг него потемнела, стала гуще, опаснее. Это уже не была обычная драконья сила, что-то, чуждое примешивалось к его энергии. Что-то очень знакомое.

«Снежный рев» в его руках начал светиться холодным белым светом. По лезвию побежали серебряные знаки, и воздух вокруг клинка заискрился кристалликами льда.

— Снежный рев! — заорал он, поднимая меч над головой.

Лезвие описало сложный узор в воздухе, и с его конца сорвались вихри ледяного ветра. Не просто холодного воздуха — настоящих снежных смерчей, способных содрать мясо с костей за считанные секунды.