— Это внутренняя метка, — произнесла Мэй Лин ровно, глядя на пластинку. — Отдел Номер Семь. Архивное делопроизводство. Раньше был внутри Тайной Канцелярии. Сейчас на бумаге не существует. Официально расформирован двенадцать лет назад.

Кремень коротко фыркнул.

— Двенадцать лет назад, значит.

— Да.

— Дивное совпадение, — его голос стал ядовитым, как сок чёрного корня, которым травят собак в южных провинциях. — Канцелярия двенадцать лет назад распускала много интересного. Включая тех, кому потом дырявила спины на окраинах империи, не ставя этих самых распущенных в известность о том, что они мешают.

— Я была в то время младшим писцом второй ступени, — ровно ответила Мэй Лин, не поворачиваясь к нему. — И не имела отношения ни к роспуску Крылатых Призраков, ни к роспуску Отдела Семь. Мы это уже обсуждали.

— Обсуждали, — Кремень снова взял пиалу, отхлебнул. — Просто всё время вспоминается по разным поводам. Весь их чёртов архив как болото — куда ни ступи, где-нибудь захлюпает.

Воздух в погребе загустел на пару секунд. Таможенник на табурете съёжился ещё больше, словно почуял, что сейчас что-то произойдёт, и пытался стать невидимым.

— Старший, — сказал я тихо.

Кремень посмотрел на меня. Один долгий взгляд. Потом чуть наклонил голову, и это был его своего рода кивок, своего рода извинение, но не ей, а мне. Он знал правила, как знал их всякий профи с большим стажем: когда работаем — работаем. Личное — после. Личное можно потом хоть кувшинами, хоть ножами.

— Извини, лорд-коготь, — бросил он, не глядя на неё. — Вырвалось.

Мэй Лин не удостоила его ответом. Это тоже была часть их перемирия. Она не принимала его извинений на словах. Она принимала их на деле — тем, что продолжала с ним разговаривать, ставить его на ключевые позиции и подливать ему чай. В её мире это стоило больше, чем любое «ничего страшного».

— Расформирован, — повторил я, возвращая разговор в рабочее русло, — но бирка ходит. Значит, отдел кто-то держит. Неофициально. Частная ветка, а знаки казённые.

— Значит, у них где-то есть материальная база, — подхватил Кремень уже деловым тоном. Ярость его погасла так же быстро, как вспыхнула, — умение, которое я у него в последние дни оценил особо. — Архивы, шифровальщики, писцы. Такое не спрячешь под прилавком у менялы. Для этого нужно помещение, а скорее — сеть помещений. А значит, нужны деньги, много денег. Что приводит нас к простому выводу.

— Советник, — бросил я.

— Вероятнее всего.

— Или кто-то, кто стоит рядом с Советником, — Мэй Лин отлипла от стены, сделала два шага к столу, остановилась напротив арестованного. Таможенник задрожал, как ивовый лист на ветру, и, клянусь Небом, я не стал бы на него в этот момент ставить ни единой медной монеты. Она смотрела на него не мигая, и этого взгляда мне хватило бы, чтобы признаться в преступлениях, которых я не совершал.