— Идите и возьмите их. И простите недостойного, что я пришел так поздно….

На миг воцарилась мертвая тишина, а через секунду колодец взорвался. Серебро-серый туман, с прожилкамми тьмы хлынул неоставновимым потоком из самой глубины колодца. Он растекался по полу, поднимался к потолку, просачивался сквозь щели в стенах. А в его клубах я видел множество лиц.

Духи вершили свою месть. Даже стоя на месте я слышал крики безумного ужаса. Духи находили их всех. Одного за другим. Комната за комнатой. Я чувствовал каждую смерть, и чувствовал как духи теряют контроль. Охранники. Слуги. Гости. Все, кто был частью этого места. Все, кто знал и молчал. Все, кто платил и наслаждался.

Голодные духи не разбирали. Для них все были виновны.

И сегодня я был согласен с ними.

Один из духов отделился от потока. Маленький, едва различимый силуэт. Девочка. Совсем молодая, даже в смерти, было видно, что ей не было и пятнадцати зим.

Она остановилась передо мной. Её глаза, жуткие провалы тьмы, смотрели на меня. А потом в них что-то мелькнуло. Не благодарность. Нет, скорее признание.

«Спасибо», — донеслось до меня. Не голос. Шёпот ветра, который никогда не дул в этом подземелье.

А потом она растворилась. Ушла туда, куда должна была уйти много лет назад.

Я сидел у края колодца и смотрел, как туман редеет, как духи один за другим покидают это место. Месть свершилась. Узы разорваны. Они были свободны.

Наконец, последний из них растаял в воздухе, и наступила тишина. Настоящая, абсолютная тишина мёртвого места.

Обратный путь через тоннели казался бесконечным. После всего, что я там видел мне хотелось лишь одного. Напиться до беспамятства.

До условленного места, я добирался почти полчаса. Кремень был уже там.

Грим наполовину смыт, обнажая настоящие черты. Рассечённая бровь, кровь засохла на виске. Халат северного торговца порван и заляпан чужой кровью. На костяшках пальцев, свежие ссадины. Заварушка в игорном доме явно вышла за рамки запланированного.

Он посмотрел на меня. На мою одежду, пропитанную кровью. На мои руки, красные по локоть. И на моё лицо.

Старший брат не стал говорить ничего. Просто достал кувшин вина, отхлебнул и протянул мне.

Сев рядом, я сделал большой глоток. Вкус был отвратительный, но наверное так было даже лучше..

Мы сидели молча, глядя на город внизу. Тысячи огней, как земные звёзды. Люди, которые не знали, что произошло под их ногами. Жизнь, которая продолжалась, несмотря ни на что.

Где-то вдалеке раздался звук — низкий, гудящий. Сигнальные рожки городской стражи. Потом ещё одни, ближе. И ещё.