Скелет все молчал, и я настойчиво спросила:
— О чем задумалась, нежить админская? Как стырить у некроманта кексик?
Зелень в глазницах увеличилась вдвое, видимо это был эквивалент вытаращенных глаз. Костя ошарашенно проговорил:
— При чем тут? Мысли у отдельных девушек как… — вдруг он оборвал фразу и хлопнул ладонью по лбу со стуком сталкивающихся бильярдных шаров.
Череп откинулся назад, но он не обратил внимания, воскликнув радостно:
— Ты права!
— Я всегда права! — гордо заявила я, упирая руки в бока, не обращая внимания, что уставился на талию, время от времени переводя взгляд повыше.
Но потом все же поинтересовалась:
— А в чем именно права? Ты впрямь надумал учинить такое воровство?
Скелет расхохотался.
— Не знаю при чем тут кексы, а вот некромантия очень даже при том, — сообщил он. — Не интересовался особо этим разделом игры. Одну только доступную инфу о лучниках запоминать — голова распухала. Но вспомнил одно видео… И кажется теперь знаю, как усовершенствовать нашу зенитку!
— Нет, — твердо заявила я.
Зелень в глазницах вновь выпучилась, скелет опешил.
— Что нет? — изумился он.
Я покачала головой, ощутив, как длинные волосы метнулись по спине, и повторила:
— Нет, мы не пойдем на могилку яги-старушки, дабы зачитать некое заклятье которое ты вдруг вспомнил. Покойников нельзя беспокоить. Даже в игре, да и вообще!
Я топнула ногой, поняв, что сейчас скелетон начнет обзывать трусихой. Но тот нетерпеливо взмахнул рукой.
— Да нет! — воскликнул он. — Какие еще старушки. Процентщицы, блин… Видео, говорю вспомнил. А на них продвинутые некроманты в скелетах ездят.
У меня тоже, наверное, глаза вытаращились. Брови поползли вверх, но привычно вспомнив, что от этого появляются морщины, вернула их в нормальное положение и выдохнула:
— Как это? На руках носят?
Костя затрясся от смеха.
— Тебе лишь бы на руках. А лучше еще и с розочкой в зубах. А что, я бы…
— Ты бы кончал свою эболу и сказал внятно, — процедила я, а кулаки сами собой стиснулись.
Таргет заклинания руки-кочерги охотно прилепился к собеседнику и тот тут же вытянул перед собой ладони в успокаивающем жесте.
— Все-все. Не бесись, — сказал он. — Нормальный такой видеоролик. Темная эльфийка приютилась в тазу здоровенного орочьего скелета. Она изящно подогнула ноги в сторону, а тот шагает, как робот. И едет волшебная некромантка, такая почти обнаженная, а грудь покачивается чуть прикрытая бронеливчиком.
Я фыркнула и сказала с сарказмом:
— И в Росланд эти дурацкие бронеливчики. И конечно, щаз-з! Обнажусь. Бегу и падаю.
Скелет окинул меня оценивающим взглядом. По спине вновь побежали мурашки. Просто череп с какой-то зеленой плесенью в глазницах, а сумел посмотреть, словно раздевает. Я невольно поправила прическу и вновь вспыхнула яростью, поняв, как нелепо выглядит этот жест с «загипсованной» рукой торчком. Но тот вновь заговорил, к счастью нормальным тоном: