— Что перестать? — невинно спросил Костя.
— Это! — крикнула я и указала на себя.
Он потер блестящий подбородок и проговорил задумчиво:
— Весьма пространная просьба.
Решив, что договариваться с ним бесполезно, я схватила первое, что попалось под руку и швырнула в скелета. Этим оказался замшелый камень. Надеялась, что он угодит прямиком ему в лоб, но Костя лихо увернулся, проследив падение камня в воду. Потом посмотрел на меня и сказал все так же невозмутимо:
— В меткости тебе надо еще поупражняться. Уж не знаю, как там у ведьм, но если так дальше будет, с тобой в бою опасно. Еще промажешь и заколдуешь в жабу.
— И поделом тебе, — сказала я, отворачиваясь. — Нечего с приличными ведьмами клешни распускать… То есть глаза… То есть глазницы, эбола в твою черепушку!
Скелет расхохотался, издевательски развел руками и указал подбородком на воду озера, молча давая понять, где бы я была, если б не его «клешни». Но к счастью озвучивать на этот раз не стал, дав наконец прийти в себя.
Я огляделась. Место, куда мы попали трудно назвать гостеприимным, как и весь Маринийский лес. Но здесь из-за сырости и мрака ощущение, что на берегу скопились все людские страхи, связанные с природой. Дымная поволока, в которой мелькают зеленоватые огни, вздохи, бульканье, как на болоте. И что-то хрустит, словно ленивый зверь пережевывает, как жвачку, зверя поменьше.
Скелет сказал спокойно и уверенно:
— Ты прекрасно сражалась. И четко действовала в экстремальных ситуациях. Очень грамотно дождалась, когда трутень полетит навстречу. Я не подумал, что он может покатиться по земле и улететь в зону агро другого трутня, который обязательно бы спустился посмотреть, кто там пытается урыть его братана.
Дурацкое смущение и неуверенность пропали. Я стиснула губы, чтобы скелет не увидел довольную улыбку. Все-таки понял, костлявый, почему тянула с выстрелом.
Я ответила:
— Вот уж действительно, «урыть». Никогда не думала, что лопатой можно так быстро работать.
Но чтобы не принял за похвалу, добавила с сарказмом:
— Канаву целую на пчелке прокопал. Ты, наверное, не программист в реале, а этот… канавокопатель.
Скелет хохотнул:
— Да, я на все руки мастер. У тебя дома случайно шпингалеты в ванной не нужно прикрутить?
Я фыркнула:
— Не знаю, что за эбола такая «шпингалеты», но звучит пошло. Так что ты это прекращай!
— Что, совсем нельзя?
— Совсем.
— Даже если очень хочется? Ты ж вон… какая.
На случай, если скелет издевается, я сдвинула брови и подалась вперед, привычно принимая все слова на тему габаритов, как насмешку.
— Какая? — грозно спросила я.