— Разве что на первое время, — покачал головой Ладарий. — Ньор расположен в горах, но все же слишком близко к столице. Как бы ни было печально это признавать, но наиболее безопасным местом мне видится Канедан. Пусть это и языческие земли, но они входят в Криасморский договор. Кроме того, нас со старейшиной Ирригана связывают давние договоренности. Он не откажет.
— Главное — соблюдать секретность, — напомнила Виттория. — Никто не должен знать, куда направится император.
«Проклятье… Почему сейчас? Ну почему?»
Демос наконец-то нашел трость и, оперевшись на нее, обвел взглядом всех собравшихся.
— Никто, ни единая душа в Миссолене, не должна узнать о случившемся до тех пор, пока император не покинут город. Это всем ясно?
— Да, ваша светлость, — хором проговорили фрейлины. Изара не выдавила ни слова, Ладарий упорно молчал, а в глазах Виттории канцлер не увидел ожидаемой покорности.
«Но с этим разберемся позже».
— Начните приготовления немедленно. И да благословит нас Хранитель. — Демос подошел к Ладарию и склонился над самым его ухом. — Что бы вы ни задумали относительно Волдхарда, сворачивайте все действия. Ваши силы нужны Миссолену для борьбы с мором.
Ладарий печально улыбнулся.
— О, боюсь, уже поздно, ваша светлость. Процесс запущен, и его не остановить.
3.4 Эллисдор
Солнце пробивалось сквозь щели в закрытых ставнях, освещая беспорядок, оставшийся в комнате с ночи. Кисло пахло вином и потом, нагретым деревом и разгоряченной кожей. За окном шумел город, а снизу, из общего зала на первом этаже, доносились звуки лютни.
Вал давно проснулся, но лежал с закрытыми глазами — силился продлить миг неги. Наемникам «Сотни» нечасто удавалось заночевать на мягкой койке, и Вал пользовался моментом. Впрочем, сейчас с этим было проще: король Грегор отправился в Рундкар, оставив в Эллисдоре лишь гарнизон хайлигландской гвардии да «Сотню». Такого количества было достаточно для защиты и без того неприступного замка, поэтому служивые, оставшиеся под управлением эрцканцлера Граувера, немного расслабились. Барон Альдор позволял воинам небольшие вольности в обмен на сохранение порядка. Лениво патрулируя улицы, гвардейцы и «сотенцы» захаживали то в кабак, то в публичный дом. Вал не был исключением и зачастил в «Розу Ивонн». Сюда же он пришел накануне, повидать Кати.
Но все хорошее быстро заканчивается: ночь в объятиях красотки прошла, в голове шумели остатки хмеля, не привыкшее к перине тело ломило, кости ныли. И, кроме того, теперь Вала могли выгнать отсюда в любой момент. Хорошо, если через дверь. С синьоры Ивонн станется.