3.2 Сифарес
Знакомство с эннийской саблей далось Артанне тяжело. Руки, привыкшие к тяжелым мечам и щитам северян, никак не могли приспособиться к свистящей легкости южной стали. Хайлигландское оружие требовало от бойца силы и выносливости: один удар — одна отнятая жизнь. Эннийское же превращало бой в завораживающий танец, а само фехтование — больше, чем в искусство смерти. Только ты, противник и звон металла. И лишь от тебя зависит, чем окончится бой.
Воин, с которым тренировалась Артанна, был чертовски хорош. Он играючи положил бы на лопатки даже Медяка, а уж Симуз был одним из лучших фехтовальщиков на материке. Раб-рикенаарец, ниже вагранийки почти на голову, но, тонкий и гибкий, точно травинка, во сто крат превосходил ее ловкостью. Его звали Хашилем, и он был единственным, кто заставил Артанну настолько остро почувствовать себя ничтожеством.
Каждый день на вставала перед рассветом и, умывшись, выходила на балкон, откуда открывался роскошный вид на Сифарес. Попивая кафу — популярный среди эннийской знати густой горький напиток черного цвета — она наблюдала, как город начинал лениво ворочаться, готовясь встретить новый жаркий день. Затем за ней приходил Хашиль и провожал вниз, где в одном из многочисленных внутренних двориков Эсмий приказал устроить для нее тренировочную площадку. Там рикенаарец гонял ее много часов, пока солнце не начинало выжигать воздух. А вечерами, сразу после заката, Хашиль снова давал ей крепкую взбучку, но уже при свете факелов. Это длилось днями на пролет, и в этой безжалостной рутине Артанна потеряла счет времени.
Мышцы, лишенные тренировки больше года, поначалу отзывались лишь болью. Артанна чувствовала себя деревянной и старой — ни силы в членах, ни гибкости, ни быстрой реакции. Это раздражало и злило, но в конечном итоге именно злость, раздражение и осознание собственной никчемности раз за разом заставляли ее подниматься и атаковать Хашиля.
Однако он неизменно побеждал. Пока что.
Сталь просвистела возле самой ее щеки. Артанна инстинктивно отшатнулась, перенесла вес на левую ногу и отбила удар. Мгновением позже она ощутила острую боль ниже колена, нога подкосилась, и вагранийка рухнула на песок, успев вскинуть оружие для защиты. Но Хашиль уже оказался за ее спиной. Артанна вздрогнула, ощутив прикосновение металла к разгоряченной шее.
— Думаешь только об оружии, — сказал рикенаарец, опустив саблю. — Но оружие воина — не только сталь. Руки, ноги, голова — там крепкая кость. Все идет в ход. Ты постоянно об этом забываешь.
— Когда-то помнила и пользовалась. Но ты слишком быстрый.