Демос ел без аппетита, хотя, следовало признать, каплун удался. Ни обстановка, ни общество не предвещали ничего хорошего.

— Есть ли новости от Хайлигланда? — покончив с птицей, Ладарий вытер руки и потянулся к фруктам.

— Боюсь, все так же. Я уже рассказывал, чем закончилась наша с Волдахрдом спонтанная аудиенция в Турфало. Мой кузен намерен идти войной на империю, хотя в первую очередь его интересует Эклузум.

— Мы с вами прекрасно понимаем, что Эклузумом он не ограничится, — прожевав, Великий наставник жестом попросил долить вина. — Если он так хочет установить новый порядок в мире, то разрушения оплота нашей веры ему будет недостаточно. И как удачно — Эклузум ведь находится в Миссолене, столице империи, резиденции императора… Рукой подать до трона!

Демос старался говорить как можно спокойнее, ощутив нарастающую тревогу Изары.

— Разумеется, он попытается свергнуть юного Креспия. Волдхард будет лгать и очернять его имя, станет распускать слухи о его происхождении, оспаривать права на трон… Он уже начал.

— Что именно? — голос императрицы дрожал. — Что? Что он говорит о моем сыне?

— Не беспокойтесь, ваше величество. Это лишь слухи.

«Однако слухи, в которые так велик соблазн поверить».

— Так найдите и казните тех, кто их распространяет! — истерично взвизгнула она. — Всех, кто порочит имя своего правителя!

Демос и Ладарий многозначительно переглянулись.

«Если бы все было так просто. Слух не нить — просто так не обрубишь».

— Непременно, ваше величество, — мягко проговорил церковник. — Мы найдем всех до единого и заставим замолчать. Коллегия особых положений уже работает над этим. И весьма успешно.

В этот миг Демос был благодарен Ладарию за благоразумие и способность успокаивать эту взбалмошную таргосийку. Но лишь на мгновение. После всего, что случилось по вине этого властолюбивого интригана, после смуты, в которую он погрузил всю империю, после всего, что отнял у Демоса, им вновь пришлось работать сообща. Порой осознание этого выворачивало душу канцлера наизнанку.

«Из-за него я убил собственного брата. Из-за него покалечили Витторию. Из-за него мы потеряли Хайлигланд. Как жаль, что вместо того, чтобы убить его, испепелить на месте, я должен действовать с ним сообща. На благо империи, что видит во мне лишь урода. На благо людей, что радуются каждой моей ошибке. Все это время я выбираю между долгом и порядочностью. И кому стало от этого легче? Стало ли хоть кому-нибудь?»

По приказу Изары фрейлина Эвасье принялась снова наполнять ее бокал, но, замешкавшись, пролила немного вина на скатерть и платье императрицы.