Кейс решил, что знание немецкого языка Кемпбеллом может пригодиться, взял его в отряд и назначил своим заместителем. Третьим новичком был лейтенант Черной Стражи Дэвид Сазерленд, который с 11 сентября проходил подготовку в составе 11-го Отряда. Выпускник Итона, во время учебы живщий в одном общежитии с Кейсом, его временно перевели в подразделение Кейса из 51-го Средневосточного Отряда Коммандос с целью усовершенствования навыков подрывного дела. Сазерленд привел с собой еще несколько человек, в их числе были сержант Фред Бёрч и капрал Джон Керр из Ливерпульских Шотландцев, территориального батальона Кэмеронских горцев. Бёрч, в прошлом грузчик с Ливерпульской скотобойни, сражался на Крите в составе 7-го Отряда коммандос. Ему с горсткой других счастливчиков удалось убраться с острова уже после бегства Лейкока на десантно-штурмовой барже. Они держали курс на Египет и надеялись на лучшее. На полпути через Средиземное море вышел из строя двигатель, что весьма осложнило дело. Однако, каким то чудом им удалось доплыть до Северной Африки и сойти на берег в Буг-Буге, в районе, который конторолировали британские войска. Несмотря на полное отсутствие воды и пищи, никто из них не погиб.

Поскольку 7-ой Отряд был фактически уничтожен на Крите, Бёрч и Керр были направлены в 51-ый Отряд, где прошли курс подрывного дела повышенной сложности. Кейс позаимствовал их, с целью улучшить навыки подрывного дела у своих бойцов. Однако, когда до начала Операции Плавник оставались считанные дни, шесть человек, живших в одной палатке пришлось поместить в карантин — у одного из них обнаружили чесотку. Бёрч, Керр и прочие согласились их заменить.

Помимо них был еще один француз, лейтенант Шевалье, ранее, как и Хаселден, работавший на хлопковую компанию, и один из множества говорящих по-арабски агентов G(R), работавших в Киренаике. Его Кейс не знал совершенно. Он должен был участвовать в операции в качестве диверсанта. Что же касается участия в операции Лейкока, Кейс был этим очень недоволен. Несмотря на то, что они окончили одну и ту же школу, особой привязанности друг к другу они не испытывали. Операция с самого начала была детищем Кейса, однако Лейкок был старшим как по званию, так и по должности, а потому его слово имело решающее значение. По словам Макферсона, «постоянное присутствие и вмешательство Лейкока путало Кейсу все карты».

В воскресенье 9-го ноября коммандос выдали пайки и арабскую одежду, и приказали подготовиться к генеральной репетиции, которая состоится тем же вечером. Некоторые подумали, что начинается долгожданная операция, а приказ о проведении последней тренировки это военная хитрость. В 14.00 их отвезли в Александрийскую гавань, где они поднялись на борт «Мидуэя», откуда перешли на палубы «Талисмана» и «Торбэя» — именно тогда они впервые увидели подводные лодки. После ознакомительной экскурсии по лодкам, они дождались темноты и попрактиковались с надувными лодками — единственный раз, когда у них появилась такая возможность перед началом самой операции. После этого их отправили морем в Амирию и они прибыли на место в 21.00. Большинство бойцов было уверено, что эта их последняя спокойная ночь перед боем. «С помощью Господа я выполню свой долг» — писал Чарльз Лок в дневнике. «Но ничего хорошего от будущего я не ожидаю».