С этими словами он прижался горячими губами к моему лбу и вышел.

Уже через половину часа я спустилась вниз.

— Я согласна, — выдохнула я на одном дыхании, не дав себе возможности передумать в последний момент. Я уже столько раз склонялась то в одну сторону, то в другую, что голова раскалывалась от боли.

— Отлично, — Лия радостно хлопнула в ладоши, а потом плавно провела рукой в воздухе над столом.

На столе рядком вслед за движением руки девушки стали появляться пробирки, наполненные яркими жидкостями.

— Джордан расскажет, что за чем принимать, — улыбнулась она. — Вот это, — она коснулась нежно голубой, перламутровой пробирки, — лично от меня, — подмигнула. — Ее в первую очередь. И только после нее остальное, как положено, — последние слова адресовались Джордану.

Капитан же ловким движением руки выудил из воздуха листы, испещренные мелкими буквами.

— Времени зря не теряйте, сутки не резиновые, — строго проговорила Лия и поднялась. Подошла ко мне, крепко обняла и шепнула на ухо: — удачи. Ничего не бойся. Просто доверься Коту.

— Коту? — удивленно и настороженно переспросила я.

— Мой позывной, — кивнул Джордан так, словно впервые представился при знакомстве. — Читай, подписывай, а все ответы потом.

* * *

— Д-доринай? — заикаясь, переспросила я. Не верила своим ушам. — Ты шпион Дориная? Как?

— Я расскажу тебе все позже, — на его губах играла виноватая улыбка, — у нас будет много времени. Но если коротко… — он прикрыл глаза, замолчал, а потом взглянул на меня непроглядно черными глазами и тихо заговорил: — патруль, который тогда возглавлял твой отец, наткнулся на границе на мою старшую сестру. Как мне удалось выяснить, они решили, что она шпионка. Твой отец с сослуживцами пытал ее. Она не выжила. Когда нашли ее тело, я был еще мальчишкой. Но уже тогда заявился к Троусу и потребовал сделать из меня самого лучшего шпиона.

— Троус? Герлин Троус? — я подавилась воздухом. — Тот самый, который облапошил руководство, завел в ловушку целый отряд и привел к потере приграничных территорий на много лет? Человек, из которого сделали олицетворение слова «предательство»?

— Он никогда не был предателем, Лина, — улыбнулся Джордан. — Он всегда был верен своей стране. Доринаю.

— О, Всемогущая! — выдохнула я и схватилась за голову, — я ведь теперь тоже предательница, — запрокинула голову и рассмеялась. Громкий истерический хохот заполнил дом, где мы остались вдвоем с Джорданом.

— Тебя предали все вокруг, — весомо уронил Джордан, — хранить им верность — это самая большая глупость.

Я мгновенно смолкла. Утерла выступившие в уголках глаз слезы и согласно кивнула. Жалела ли я о поспешном решении и данной Джордану клятве? Нет. Когда она раскрыл передо мной все свои тайны, я вдруг поняла, что не чувствую ни злости на него, ни угрызений совести о собственном предательстве. Вообще никаких переживаний. Лишь легкое волнение о будущем и полное принятие ситуации. Единственные люди, с которыми мне было жаль расставаться — это Аурика, Сэндрон, и как ни странно, Радонира. Три человека, которые стали для меня очень близки. А весь остальной мир мог провалиться сквозь землю хоть сию секунду. В том мире были лишь боль. И я хотела, чтобы эта боль осталась в этой стране.