Я поставил чернильницу на место, успел подхватить на лету, а правой продолжил вытаскивать пачки ассигнаций. Ещё четыре, на сегодня всё.
Барон медленно переводил взгляд с моей белоснежной рубашки на пачки денег и обратно. Ресепшионист вообще застыл столбом, только со снятой корой, такой же белый и взмокший.
— Гм, — проговорил барон медленно, — здесь примерно полмиллиона?
— Пересчитаете, — сказал я небрежно, — я доверяю вашему банку. Счет откроете здесь?
Он качнул головой.
— Вас проводят наверх. У нас прекрасный кофе, почитаете газету, пока пересчитывают деньги. На какое имя хотите открыть счет?
— На своё, — ответил я. — Баронет Вадбольский.
На слове «баронет» я сделал едва заметное ударение, так чтобы барон понял, у меня есть и другие титулы, но сейчас выбрал наименее заметный. А что не просто человек с улицы, говорит уже то, что моя рубашка и брюки остаются чистыми, а такое могут позволить себе только богатейшие люди мира… если сумеют найти или заказать себе такую одежду.
Меня с величайшим почтением провели в отдельную комнату, и пока пятеро срочно выдернутых со своих мест сотрудников пересчитывали купюры каждый в отдельной пачке, всё ещё вручную, я наслаждался кофе, действительно прекрасным. Когда появился барон Гауф, я сказал одобрительно:
— У вас прекрасная ВИП-зона. Только лучше бы кофе подавали милые девушки.
Он чуть поклонился.
— Да, так было бы, наверное, приятнее… Простите, а что такое ВИП-зона?
— Very Important Person, — ответил я. — Чтобы отделить крупных вкладчиков от… остальных. Не обязательно аристократов, но очень богатые промышленники тоже по-своему аристократы, верно? Им будет приятнее.
Он на мгновение задумался, снова посмотрел на меня так, словно хотел бы увидеть, что у меня внутри.
— Неожиданная, — сказал он медленно, — однако очень здравая идея. В конце концов, в банке начинают открывать счета и достаточно… простые люди. Надеюсь, у нас будет плодотворное сотрудничество. Вы не изволили бы войти в Совет Банка?.. Это позволяет быть в курсе денежных потоков.
— Неплохая мысль, — ответил я после точно выдержанной паузы. — Если Совет Банка поддержит мою кандидатуру, то я, пожалуй, приму предложение.
Совет Банка — это не руководство банка и даже не пайщики, что принимают решения и определяют дальнейший курс. Но Совет позволяет быть, как правильно сказал барон, в курсе, куда пойдут деньги, а это значит очень многое, если вовремя подсуетиться.
Он проводил меня до самого выхода из банка, мне жалко было смотреть на халдея, что старается вжаться в стол и стать как можно незаметнее, а барон сказал на прощанье самым доверительным голосом: