Со всех сторон начало возникать серебристое сияние. Воины залечивали раны. А я и забыл, что они так могут. Теперь понятно, почему ревизоров не просто протыкали железяками, а забивали, превращая лица в однородный фарш. Чтоб уж наверняка. И ведь пленников никаких не оставили — никого не допросишь. Плохо. Но ещё остается двойка аристократишек. Они, думаю, в курсе всех новостей. Не зря же мне сказали, что они приехали отдельно от других людей. Значит знали, где и во сколько появятся охотники за Прапором.

Я вернулся к углу здания и нашел взглядом Владу. Девчонка стояла, прижавшись к стене. Её колотила дрожь.

— Внучка, всё хорошо? — я провел ладонью по её плечу.

— Да, — Влада, отвернувшись, пыталась вытереть заплаканное лицо. — Мне просто страшно стало. А благородные ничего не должны бояться. А я испугалась...

— Ты же сама видела, что они постоянно боятся. Помнишь, как они тряслись, когда видели, что на мне нет печатей? А ты в первый раз не испугалась. Так что ты смелее их, — утешил я тигрицу. — А им по сто лет. А ты ещё молодая. Через год ты будешь храбрее любого из них. Это я тебе точно говорю.

— Правда? — с надеждой в голосе спросила тигрица.

— Конечно. Сама увидишь.

К нам подошел Прапор. Он твердо сжимал окровавленное копье и мачете. Вот ведь мясник!

— Что дальше?

— Нужно избавиться от всех тел, — я кивнул в сторону побоища. — Устроишь?

— Да. Можно оттащить их поглубже в катакомбы, — предложил лидер. — Крысы сожрут.

— Выдели на это десяток человек. Но чуть позже. И тех, которые на входе, тоже уберите. И сделайте так, чтобы следов крови не осталось. Через час никто не должен догадаться, что тут произошло. Ах да, и в шатре ещё три тела валяется.

— В шатре? — округлил глаза Лёня. — Нам нельзя туда заходить!

— Почему?

— Так это территория благородных.

— И что?

— Так нельзя...

— Теперь можно! — припечатал я. — Влада, потом проконтролируешь!

— Хорошо! — тут же собралась тигрица.

Ну вот. Задание ей дал. Теперь хотя бы не будет в себе копаться, а то вот что удумала — боится она. Тьфу, блин! Когда Альфача убивала, рука не дрогнула. Я ведь помню, как она член с яйцами отрезала и в его рот запихала. А тут испугалась своего же страха. Даже забавно.

— Прапор, собирай людей. Нам нужно сейчас поговорить с теми благородными, которых мы видели в лазе. Ты ведь помнишь двух мразей, которые просто так убили девушку?

— Помню, — нахмурился Лёня.

— И нужно показать твоим бойцам яму с трупами. Пусть посмотрят и удостоверятся, что далеко не все дворяне такие, как вы о них думаете. Влада, к шатру пойдешь после того, как мы утащим благородных в катакомбы. Призрака на входе точно нет, так что раньше времени они не уснут. Там их и допросим.