Протянул руку и ощутил обжигающий холод. Камзол покрылся слоем инея, а кожа потрескалась. Да ведь это не просто впадина, а какой-то гигантский морозильник. И сдается мне, что его сделали не сегодня. Что там говорил Демид? Что в этот тупик никто не суется? Теперь причина понятна. И почему я сразу не обратил на это внимания?

Я, замерев, смотрел на это ледяное кладбище. Да тут речь не о пяти-шести десятках, а о сотнях человек идет. Мужчины, женщины, дети — все они лежали, слепленные морозной магией. А вдруг местные так своих погибших хоронят?

— Ты знал про это место? — спросил я у Прапора.

— Нет. Сюда никто много месяцев не заходил. И ямы раньше тут точно не было.

— Из-за флага не заходили?

— Да.

Бойцы столпились. Они стояли, не в силах пошевелиться. Ошарашенные глаза смотрели как на бездвижных благородных, так и на ров с трупами. Вдруг раздался голос Демида:

— Вон та девочка... — он указал на прислоненное к стене лицо. — С синей лентой в волосах. Дочь моей соседки. Потерялась недавно. Мы думали, что она заплутала в катакомбах. А она здесь.

— А вон тот на заместителя владельца казино похож. Он предпочитал ночевать на поверхности, — дополнил один из лучников. — Ну да, точно он. Только у него из всех людей фиолетовые штаны были.

— Посмотрите на рубаху того мужика, — сказал очередной боец. — Видите вышивку?

— Ага. Это портниха такую делает любимым клиентам...

Я не торопился. Воины, которые не так давно беспощадно истребляли ревизоров, постепенно приходили в себя. Они узнавали мертвых людей, с которыми жили вместе многие годы. Иссушенные лица покойников не позволяли опознать в них своих знакомых, но детали в одежде... Люди прапора подмечали особое плетение обуви, рисунки на кафтанах, вязаные браслеты и пояса. За пару минут я стал различать обычных обитателей трущоб, коих тут тоже было немало, и жителей катакомб. У последних были детали, которые выделяли бы их среди другого корма.

— И кто их сюда притащил? — сквозь зубы проговорил Демид. Он трясся от гнева. Побелевшие пальцы сжимали топорик. — И ведь их не просто убили. Их обескровили.

— Ты так ничего и не понял? — спросил я и приподнял морду благородного. Рана на его голове постепенно зарастала, а кожа бледнела. — Видишь амфоры? Видишь вот эти приборы? — я показал на приспособления, которые непонятным образом могли за мгновение выкачать всю кровь. Хм. Надо будет с ними разобраться. — Видишь гору трупов?

— Хочешь сказать, что это они? Им ведь нельзя. Дворяне так никогда не поступают.

— Дворяне — нет, — пришлось признать мне. — А такие твари, как вот эта, да. Подойти сюда.