— Держите его руки и ноги, — тут же приказал я и повалил разведчика на землю. Прапор с Медведем зафиксировали тело. — Терпи. Больно будет. И лечись! Раскали!

Последняя команда адресовалась Осипу. Я протянул кинжал. Клинок тут же вспыхнул красным светом. Я провел лезвие по щеке, срезая зеленую жижу вперемешку с плотью и волосами. Лысый рычал, но казалось, что боли он не чувствует. Он тянулся к лицу, собираясь расчесать обрызганное место.

— Жги!

Осип сформировал в руке огненный шар. Сфера погрузилась в щеку. Почувствовался смрад от паленой кожи. На уголке глаза появилась белая жидкость, которая тут же начала вытекать. Зрачок расплывался, смешиваясь с радужкой. Я кивнул магу. Из руки вырвался короткий поток пламени, выжигающий глазное яблоко.

— Лысый, слышишь? Приказываю залечить себя! Выполнять!

Появилось серебристое сияние. На оголенной челюсти формировалась плоть. Щека зарастала, закрывая виднеющиеся зубы. Веко сомкнулось и навсегда слиплось. А человек старел. Глубокие морщины покрыли весь лоб. Пожелтевшие ногти трескались. Тело разрисовали пигментные пятна. Медведь с Прапором отпустили разведчика. Лысый с кряхтением приподнялся. Скрипучий голос прохрипел:

— Мне осталось два года. Как Артём? — он посмотрел на тело, которое так и висело на копье. — Понятно. На его месте должен был быть я. Тогда я останусь здесь и встречу людоедов. В плен они меня точно теперь не возьмут. Не успеют.

— Если ты думаешь, что мы будем тебя жалеть, ошибаешься! — сказал я под удивленные взгляды воинов. — Встать! — боец кое-как понялся. — У тебя будет важное задание.

— И какое? — послышался старческий кашель.

— Ты отправляешься домой. В сопровождение выдам ещё одного человека. Ты должен предупредить Артура. Ты помнишь Артура?

— Постарело только моё тело, но не разум, — на меня взглянул пронзительный глаз.

— Хорошо. Если вдруг мы не справимся, в наши катакомбы могут прийти эти выродки. Они сделают рабами всех женщин и детей, а мужчин убьют. Их надо будет остановить. Если через двенадцать часов мы не вернемся, то готовьтесь принимать гостей. Пусть никто не покидает катакомб. Артуру расскажи обо всём, что здесь увидел. Он знает, что делать. Ты меня понял? Возьмите коней и скачите прямо сейчас. Лысый, я не слышу ответа, — прорычал я.

— Пусть это сделает кто-то другой...

Хрясь! Здоровой рукой без всякой жалости треснул его по голове. Кожа на второй кисти расползалась, но регенерация справлялась. Когда я соскребал вещество, на неё попала зеленая жижа. Сейчас это было для меня выгодным. Резервуар жизни из-за воздействия этой субстанции постепенно уменьшался. Мне надо было уменьшить резервы, чтобы я мог выпивать будущих жертв.