- Да что ты?! – иронично вскинул Пётр брови и опёрся ладонями о стену по сторонам от моей голову. – А ещё ради чего ты рядом с тем хреном обнажишься, а?
- Не смейте так со мной разговаривать, - процедила я сквозь стиснутые зубы, бесстрашно глядя в голубы глаза, что сейчас метали молнии. – С подружкой так своей разговаривайте, ради которой вы там себе вчера всё полировали.
Губ Петра коснулась лёгкая улыбка, а я поняла, что выдала себя с потрохами.
Ну ни дура ли?
- Я полировал «Юпитер». Мотоцикл такой. Знаешь? – спросил он с улыбкой. Весь его гнев мгновенно куда-то испарился.
- Вообще всё равно, - фыркнула я, стараясь теперь смотреть только над плечом Петра в пустое пространство. – Полируйте что и где хотите.
- И ты целые сутки сидела и ревновала, пока я гулял на Алёнкиной свадьбе? – шёпотом поинтересовался Пётр, кончиками пальцев заправляя прядь волос мне за ухо.
На Алёнкиной свадьбе? Она замуж вчера вышла и не за Петра?!
Не улыбаться! Не лыбиться как дура! Держать себя в руках и постараться не петь «аллилуйя!».
- С чего вы взяли, что я вас к кому-то ревную? Заняться мне больше нечем… - я вскинула подбородок, всё ещё стараясь не смотреть ему в глаза.
- Ну, тогда я поехал обратно. Там такие подружки невесты были…
Я знала, что это дешёвая провокация, но, всё равно, остро на неё отреагировала, тут же со злостью заглянув Петру в глаза.
Тот в ответ лишь тихо хохотнул, подцепил мой подбородок костяшками пальцев и приблизил своё лицо к моему.
- Ревновала? – шепнул он вкрадчиво.
- Да, ревновала! Да, сильно! - вспылила я, едва не перейдя на крик. – И даже нарисовала, как…
Мужские губы накрыли мои требовательным поцелуем.
Испустив с выдохом неясный стон, я ощутила, как мир вокруг взорвался яркими красками и будто начал звенеть.
По телу прокатилась крупная дрожь. Привстав на цыпочках, я прильнула к Петру всем телом и обняла его за шею. С наслаждением ощутила, как он обхватил мою талию одной рукой, а другой зарылся в волосах на затылке, сжав их в кулак.
Я думала, из-за его бороды мне не понравится поцелуй, но я её даже не ощутила. Зато с удовольствием ощутила, как Пётр проник в мой рот языком и эгоистично завладел новыми территориями, вжимая меня в стену.
- Одевайся, - прервал он, вдруг поцелуй, оставив меня в слегка оглушенном состоянии. Чуть отстранился, подал мне свою рубашку, что всё это время была зажата между нами, и вышел из денника. – Жди меня в машине. Я сейчас дам пиздов патлатому и приду.
- Таких же пиздов, как мне сейчас? – спросила я, улыбаясь. – Понимаю. Он красивый, длинные волосы опять же…