— Прости, просто к слову пришлось, — Тайка подошла и поставила перед ним тарелку с пирогами. — Вот. Это Марьяна просила передать.

— Спасибо, — Яромир даже не взглянул на угощение, его голос звучал сухо и очень устало.

Пожалуй, это был хороший момент, чтобы попрощаться и уйти, но Тайка отчего-то им не воспользовалась.

— Прости меня, — она присела рядом на корточки. — Я не должна была слушать Лиса. От меня одни неприятности, да?

Яромир покачал головой, но ничего не ответил. Уж лучше бы ругался, честное слово. Его молчание казалось Тайке невыносимым. Некоторое время она сопела и кусала губы, пока все-таки не осмелилась заговорить вновь:

— Зато я кое-что узнала. Думаю, тебе будет интересно…

Она выложила Яромиру про ледяные статуи, кольцо вечного лета, одолень-траву и несчастную Василису. Он слушал не перебивая.

— Это все? — хрипло уточнил он, когда Тайка остановилась, чтобы перевести дух.

— Вроде да.

Яромир протер глаза и зевнул:

— Одолень-траву теперь даже в дивьем царстве найти непросто. Вымерзла вся, когда колдовская зима нагрянула… но мы что-нибудь придумаем. Если, конечно, это правда. Я бы не стал верить Лютогору на слово, но проверить не помешает. Спасибо, что рассказала. И что вообще вспомнила о ледяных узниках. Про Василису я знаю. Сам не встречал, но мне о ней Радосвет рассказывал. Пожалуй, я мог бы ей посочувствовать, если бы моих собственных родителей не постигла та же участт. И Кощей тут ни при чем. Это только его рук дело, — он кивнул на пленника. — За это ему никогда не будет прощения.

— Василиса такая же жертва, как и твои родители, — Тайке не хотелось спорить, но промолчать она тоже не могла. — У тебя что, сочувствие платное, что его на всех не хватает?

— Ну ты как скажешь… — Яромир помассировал виски. — В общем, я поговорю с Радосветом. И про должок перед Василисой передам. Хотя он, наверное, и сам помнит.

Вьюжка, заметив, что хозяин грустит, подбежал и от всей души лизнул его в нос.

— Да ну тебя, — Яромир отмахнулся, но губы его уже расплылись в улыбке.

Джульетта тоже подошла и легла у ног, положив морду на его сапог.

Тайка улыбнулась. Как же все-таки хорошо, когда у тебя есть верные друзья! Разумеется, волшебные животные — такие, как Вьюжка или Пушок, — были почти как люди, но даже Джулька все понимала не хуже человека, жаль только, что не говорила. По крайней мере, с Тайкой — уж она-то могла бы понять овчарку, если бы та пожелала с ней поболтать.

— Я вот одного не понимаю, — Яромир глянул на нее, и Тайке показалось, что его глаза немного светятся в темноте, словно у кота, — как Лютогору удалось вас заколдовать? Вы же не снимали оберегов?