— Что это вообще за тварь такая была? — поинтересовался всё ещё впечатлённый Селезнёв.

Кстати, после происшествия в доспехах были уже все, несмотря на заверения проводников, что на дороге опасностей больше быть не должно. Обезглавленный труп в телеге был неприятным, но весьма действенным способом напомнить всем о хрупкости человеческой жизни. Хоть в какой-то безопасности себя здесь мог чувствовать лишь чародей ранга Мастер и выше — и то в довольно относительной.

— Мара — это один из видов изменённых энергией Разлома людей, как правило женщина, — заученно начал отвечать Засульский. — В большинстве своем обладают двумя, изредка тремя магическими свойствами. Частичная способность к трансформации, как правило конечностей, воздействие на психику противоположного пола, реже маскировка. Совсем изредка могут пользоваться разного рода чарами, но это большая редкость и арсенал магии у них крайне узок — даже у сильнейших из обнаруженных мар он не больше двух-трёх заклятий. Могут долго и хорошо маскироваться под человека, всеядны, как и мы, но из-за двойной натуры вынуждены периодически убивать и поглощать жизненную силу жертв.

— А голова ей зачем? — поинтересовался Доронин.

А наш бравый армейский вояка, видимо, тоже пока не силён в местных бестиариях…

— Затем, что у мага всё самое ценное — в мозгу, — пояснил я, увидев что парень замешкался с ответом. — Я читал об этом — есть теория, что именно поглощение мозга мага даёт шанс этому существу эволюционировать и стать сильнее. Ядро и центр дара любого мага в голове, и эти твари, питаясь подобным деликатесом, могут во первых получить что-то из навыков убитого ими, а во вторых — они становятся физически сильнее и усиливают остальные имеющиеся способности.

— Да они так всех магов должны были давно сожрать! — удивился Селезнев.

— Нормальный боевой маг, с достаточным опытом проживания в этих краях, прикончит такую тварь не вспотев, — покачал я головой. — Да что там — пара-тройка солдат с зачарованными пулями упокоит такое существо, пусть и с некоторым трудом. Как ты мог заметить, они ловки, быстры, хитры — но при этом почти лишены всякой естественной защиты. Не повернись паренек спиной, мог и сам тварь прикончить.

— Обидно, должно быть, так умирать, — протянул заметно успокоившийся Селезнев. Очевидно, понимание того, что тварь не так грозна, как показалось, его изрядно обнадежило. — Но я теперь, пожалуй, любой красивой девице, что рискнет ко мне подойти без спросу, доверять не стану. Их можно как-то отличить от простых людей?

— Я сам такую впервые видел, — пожал я плечами. — Все мои сведения — из прочитанных бестиариев Имперской Стражи. Хорошо, что это было одним из моих любимых занятий — чую, нам тут эти сведения весьма пригодятся.