— Чего ты несешь⁈ Всем же известно, что это был богатырь по имени Ванюша, — возразил Яромир.
Ответом ему стало возмущенное «пф», наверняка означавшее что-то вроде «я лучше знаю», но сказать это Кощеевич не смог. Ноги разъехались на льду, и он рухнул как подкошенный. Тайка с Яромиром бросились к нему, чтобы помочь, но столкнулись лбами и подхватить не успели. Хорошо, что Пушка не помяли — тот успел взмыть в воздух, потеряв всего пару перьев.
— Ой! — Тайка опустилась рядом с Кощеевичем. — Теперь точно шишка будет.
— Прости. — Дивий воин присел рядом на корточки. Вид у него был донельзя обеспокоенный. — Может, холодное приложить? Благо его тут много.
— Да, пожалуй. — Она сгребла в горсть снег, приложила ко лбу, а второй рукой потормошила Лиса, но тот не очнулся. Хорошо хоть дышал… — Чего это с ним, а?
— Думаю, чары. Он ведь с самого начала еле ноги волочил. Надо убираться отсюда!
— Сейчас, еще минуточку…
Тайку тошнило, перед глазами все плыло. Неужели она так сильно стукнулась? Что-то не похоже.
— Эй! Дивья царевна! Ты в порядке?
Нет, она была не в порядке. Сквозь мутную пелену Тайка почувствовала, что ее поднимают, куда-то несут, но совсем недалеко, недолго.
— Не стоило нам сюда идти… — выдохнул Яромир, оседая рядом.
Голубоватое свечение от статуй стало невозможно ярким, и Тайка зажмурилась.
Последним, что она услышала, были отчаянные вопли Пушка, доносившиеся издалека — словно с другого берега реки:
— Тая! Это ни капельки не смешно! Вы меня нарочно пугаете⁈ Яроми-и-ир? Ну и что мне теперь делать, а-а-а⁈
Глава двенадцатая Раз проблема, два проблема…
— Вот ты дуреха, опять вляпалась!
Раздавшийся над ухом голос был очень знакомым, но Тайка не сразу поняла, кому он принадлежит.
Она с большим трудом разлепила глаза, как бывает после долгого сна, и с удивлением обнаружила, что находится в заснеженном лесу. Уф! У нее словно камень с души свалился. Значит, их все-таки нашли, вытащили! Но кто? Если кругом снег, значит, они уже на навьей стороне?
Взгляд наконец сфокусировался, и Тайка увидела склонившуюся над ней Мару Моревну. Хотя сейчас, наверное, правильнее было бы называть ее Бабушкой Зимой. Седые с редкими черными прядками волосы обрамляли встревоженное морщинистое лицо. Под распахнутой волчьей шубой виднелся наспех намотанный на шею пуховый платок. В своей ноябрьской ипостаси Мара Моревна была похожа на злую ведьму, сошедшую со страниц книги сказок. Если бы Тайка встретила ее такой впервые, наверняка испугалась бы, а сейчас просто немного оробела.
— Где я? — Она села, потерла лоб. Шишка исчезла, как и не бывало.