— Вот уроды! — зашипел Лука. — Охрана! Не бойся, наши парни уже заняли первый этаж и оттеснили их назад! Иди, там чисто!.. Я за этими козлами!

В крови забурлил адреналин. Прижавшись к двери, она проследила взглядом, как Лука ворвался в громадную гостиную, где уже были четверо повстанцев. Они быстро взлетели по лестницам на второй этаж и рванули вглубь коридору, откуда снова раздался грохот автоматных очередей.

Закусив губу, она обернулась на рощу, откуда они пришли.

Отступать было поздно. Теперь только вперёд.

Гул выстрелов стих, и Полина, прижав к груди сумку, побежала внутрь особняка.

Ботинки застучали по перепачканному грязными следами роскошному паркету. Она не глядя бросилась в ближайший коридор, стараясь не замечать картин на стенах и богато украшенных статуй возле лестницы наверх. В груди колотилось чистое пламя.

Нужно просто сделать свое дело. Быстро!

Она проскочила коридор и влетела в обеденную залу. Тяжело дыша, сгрузила сумку на широченный дубовый стол и расстегнула замок. Первое устройство легло в руку. Вспомнив слова Луки, она нажала выключатель на детонаторе и, швырнув устройство под стол, бросилась дальше.

Кухня в любом особняке всегда была рядом с обеденной залой, и Поля безошибочно свернула именно туда. Распахнутая дверь висела на одной петле, вторую вырвало ударом. Вытащив вторую бомбу, девушка вбежала в просторное помещение — и замерла при виде двоих повстанцев у громадного холодильника.

Оставив автоматы на разделочном столе, они вытаскивали из холодильника все без разбору и пихали в сумки.

— Вы… чего здесь делаете?.. — растерянно выдохнула она.

— А? — один обернулся — и, спохватившись, бросился к автомату, но второй остановил её.

— Стой, свои. А ты не видишь, какие тут харчи? — усмехнулся боец, судя по голосу, немного старше двадцати лет. — Ветчина, сыры, сплошь деликатесы! Я таких даже в магазинах не видел, а эти!..

Он грязно выругался и, показав ей контейнер со строганиной, пихнул его в сумку.

— Зуб даю, чтобы добыть и привезти это мясо, погибли простые люди. Лучше я сам это съем, чем оставлю в огне! И уж точно — не подонку Елистратову!

Поля сглотнула, глядя на потрошёные тушки осетров, лежащие под ногами у повстанцев. Совсем свежие, будто их приготовили к завтрашнему обеду… её обожгла обида. Варя никогда бы не позволила такое. Никогда.

— Чего встала? — буркнул первый. — Тоже хочешь? обожди тогда, мы почти…

— Лука велел заложить тут бомбу, — она отвернулась от бойцов и, щелкнув кнопкой, положила устройство за шкаф с посудой. — Заканчивайте и уходите.

Стиснув сумку, Полина выбежала из кухни и помчалась дальше. Она не ощущала, как горят от гнева её уши, и старалась не вслушиваться в голоса оставшихся в кухне бойцов.