Тяжёлый поток накрыл пышущую жаром поверхность, яростно вскипел и попытался выйти из небольших бортов моста. Мне пришлось изрядно напрячься, удержать и выровнять вонючую воду. Смрад здесь и без того стоял невыносимый, но когда река с шипением соприкоснулась с раскалённым металлом, в воздух поднялось облако едкого, до слёз зловонного пара, которое пробивало даже через респиратор.

Мой расчёт оправдался, металл переправы не остыл полностью, но он, по крайней мере, перестал пылать жаром. Марина с явным беспокойством наблюдала за моими манипуляциями со стихией, но когда мы с Василисой ступили на мост, безропотно пошла следом. Всё это время она не прекращала петь. Я не особо вслушивался в слова, но всё равно для себя отметил, что русалка исполняет уже третью по счёту композицию.

Навки послушной толпой потянулись за нами, с тихим плеском ступая по тёплой воде, разлитой по потемневшему железу. Замыкал нашу странную процессию Руслан. На ходу он то и дело нервно одёргивал воротник комбинезона, судя по всему, форма тоже оказалась ему не по размеру.

Этот переход показался мне бесконечно долгим, хотя объективно путь на ту сторону занял от силы минуты две с половиной, а то и меньше. Наконец, мы сошли с моста на противоположный берег.

Здесь расстилалась всё та же бесплодная пустошь, растрескавшаяся от сухости грязь, песок и нагромождения тёмных, угловатых валунов. Края некоторых камней были настолько острыми, что одно неудачное падение на них могло обернуться тяжёлой раной. Но устраивать здесь прогулки мы не планировали. Пройдя буквально три шага от края переправы, мы остановились.

Марина вопросительно взглянула на меня.

— Всё, — негромко сказал я, утвердительно кивнув. — Можно больше не петь. Мы на месте.

Русалка замолчала. Песня оборвалась. Руслан тут же оказался рядом и протянул девушке воду, Марина принялась жадно её пить.

Навки стряхнули с себя оцепенение и сбились в стайку в нескольких метрах от нас, они словно не понимали, что им делать дальше. Но любая толпа на то и толпа, штука неоднородная, один из «детей» вдруг отделился от остальных и начал крадучись приближаться, кривя рот в подобии заискивающей улыбки.

— Стоп! — гаркнула Василиса, резко выбросив вперёд руку.

Воздух между нами распорол громадный магический знак. Формой он напоминал многолучевую звезду, вроде тех, что школьники вырезают из бумаги и вешают на окна к Новому году, вот только эта «снежинка» достигала не меньше трёх метров в диаметре. Сигил полыхал очень ярким оранжевым светом, обдавая всё вокруг нестерпимым жаром. Одного взгляда на это плетение хватало, чтобы понять, такая штука при необходимости легко испепелит и слона.