— У нас на одной чаше весов традиция мочить всю нежить без разговоров… Кстати, то, что ты его вообще допрашиваешь, это уже отступление от традиций, — я смотрел ей прямо в глаза. — А на второй чаше — жизни всего посёлка, если этот их ритуал выйдет из-под контроля и будет опасен. Что, по-твоему, перевешивает? Что важнее?

— Вот так и начинает хлопать окно Овертона! — возмутилась Василиса, отводя взгляд. — Сначала мы с нежитью договариваемся, а потом что? Установим им квоты на сожранных людей в квартал? Кто вообще дал нам право решать, отпускать его или нет?

— Инквизиция, — холодно ответил я. — Она и дала. Дала в тот самый момент, когда не соизволила явиться ловить прорвавшихся тварей, оставив нас разгребать это дерьмо в одиночку. Послушай, мы сейчас сами присвоили себе право поймать конкретно этого упыря, хотя ему это явно не доставило удовольствия. Сами взвалили на себя эту задачу, сами решаем. Выходит, приковать его к батарее мы право имеем, сжечь на костре — тоже имеем право, а отпустить ради спасения людей — нет? Где логика?

Василиса поджала губы. Она была не из тех, кто легко допускает моральную двусмысленность и сделки с совестью. Но крыть ей было нечем, и это явно её бесило. Она молчала. Тишину в опорнике нарушало лишь тихое тиканье часов на стене.

— Ладно, давай так… — после некоторого колебания произнесла она. — Формально именно ты его поймал. Схватил первым. Конечно, технически это произошло после моего щелчка, но… если чтить старинные обычаи охотников. Как взявший добычу, ты вправе единолично решать её судьбу. Да, не скрою, я бы предпочла принудительную депортацию в Навь, тем или иным способом. Даже если учитывать факт того, что он снова попытается прорваться сюда. Плевать.

— Это ты сейчас так изящно пытаешься найти лазейку в собственной морали? — усмехнулся я. — Ладно-ладно. Меня такой расклад устраивает. И особенно устраивает его условие, сначала он выдаёт нам свою информацию, а уже потом я, как суровый охотник и вершитель судеб, милостиво и на первый раз, дарую ему свободу. Давай, размораживай этого торгаша.

— Вы применили какую-то магию с пространством и временем, — тут же спросил Упырь, нервно стреляя по нам глазами.

— Вам это знать необязательно. А вот что Вам действительно следует знать… расскажет Вадим, — Василиса кивнула в мою сторону.

— В общем, Гаврила…

— Гавриил, — мягко, с явным трепетом к собственному имени поправил Упырь.

— Да-да, Гавриил. В общем, так, я согласен на сделку. Вы всё нам рассказываете, и если это действительно критически важно, если над посёлком нависла угроза, которую ваши сведения помогут предотвратить, — я выдержал паузу, придавая вес словам, — то я Вас отпущу.