— Вы? — он настороженно покосился на Василису. — А Вы, значит, меня после этого прикончите или сожжёте, под предлогом, что, я, дескать, тебе ничего не обещала, ничтожный ты вурдалак?

— Не переходите на «ты», — холодно осадила его Василиса. — Мы с Вами на брудершафт не пили, и, смею надеяться, никогда не доведётся. Нет, я обещаю не вмешиваться и выступлю гарантом сделки. Буду наблюдать за выполнением условий. Но поскольку формально вы пойманы Вадимом Ивановичем, право отпустить Вас я оставляю за ним. В этот раз. Но! При условии, — она подняла палец и ткнула им в сторону Упыря, — Вы больше никогда не попадётесь нам на глаза. И никогда не убьёте ни одного человека, даже ради самообороны. Иначе я брошу всё, выслежу Вас и проведу ритуал, после которого Вы больше не материализуетесь ни в Яви, ни в Нави. Я Вас просто сотру в порошок.

Упырь сглотнул. Эти слова явно произвели на него впечатление.

Я с интересом наблюдал за Гавриилом. Точная физика процесса, в каких случаях существа отправляются в Навь и в каком именно виде там пребывают, была мне неизвестна. А вот он, судя по всему, ощутил в её словах более чем реальную угрозу. Впервые за весь разговор в его взгляде мелькнуло нечто похожее на страх.

— Обещаю, что не стану нападать на людей! Даже защищаясь — не посмею убить! Не посмею причинить вред или допустить чью-то гибель по своей вине! — тихо, но торжественно поклялся он, прижав свободную руку к груди. — Так что, мы заключаем сделку? Прошу рукопожатия!

— Без проблем. Только учтите, если попытаетесь меня цапнуть, то никого не инициируете. Я не простой смертный, — предупредил я, положив кнут на стол, чтобы освободить руки, а также создать видимость доверия, и шагнул к нему.

— Да понимаю я, — он несколько раз моргнул, бросил на меня недовольный взгляд. — Инициация — это ведь тоже нападение и фактическое убийство, и Ваша подруга меня бы за такое… — он покосился на Василису. — Словом, я не мухлюю. Мне это ни к чему. Сейчас у меня на руках отличные козыри, и я намерен обменять их на свободу.

Я пожал ему правую руку, прикованную к батарее, холодную. Он не стал просить снять наручники, и я отметил это для себя. Понимает ли он, что в нашей ситуации это сейчас важно или только делает вид?

— Итак, сделка заключена. — я отпустил его ладонь и вернулся на своё место. — Рассказывайте. Начните, пожалуй, с Пекла, о котором Вы упомянули, — сказал я, усаживаясь на стул.

Упырь едва заметно кивнул.

— Да, Пекло… Навь ведь неоднородна. Вы, наверное, и сами знаете? Есть места, где плодятся монстры, есть те, где обитают светлые души, или, наоборот — грешные, серые каменные пустоши, места, где скитаются беспокойные. Ветреные равнины, степи, болота… Словом, если ты нежить, и стал ею ещё в Яви, то не попадаешь ни туда, ни сюда.