Я подал ей телефон с уже выведенным на экран снимком.

Перехватив мой внимательный взгляд, ведьма недовольно проворчала:

— Ошибки бурной молодости. Давай сюда свой аппарат.

Она прищурилась, несколько секунд изучала фотографию, крутила телефон то так, то сяк, а затем вынесла вердикт:

— Царапины вижу. Как и внешний блок от кондиционера. Выходит, оборудовали вагончик по последнему слову техники?

— Так точно, — ответил я. — Надеюсь, это не идёт вразрез с древними принципами инкубирования драконов? Или надо было высадить его за сверхпрочную решётку, чтобы оно с пелёнок дышало суровым воздухом своего будущего мира? У меня, признаться, была такая мысль, но Руслан с Василисой буквально костьми легли против.

Я бросил на Василису короткий взгляд. Она нахмурилась и скрестила руки на груди, как бы показывая: «Ну, давай-давай, ябедничай».

— Оно и так им дышит, пусть и пропущенным через фильтры кондиционера, — Ядвига равнодушно вернула мне телефон. — Нет, Вадим, это всё внешнее, наносное. Молодые вы ещё, не понимаете сути… Для инкубации главное, это магия самого мира, природа тонких материй. А яйцо у нас — штучный экземпляр, если кто вот такими когтищами через решётку его достанет, или начнёт эту решетку крутить-вертеть, рептилия тебе не птица, яйцо должно лежать неподвижно иначе эмбрион захлебнётся, а случись что, кто нам второе яйцо достанет? Нет. Всё правильно Руслан сделал, яйцо должно быть в полной безопасности.

— А что со сроками вылупления? Сколько нам ещё сидеть и ждать? — осторожно поинтересовался я. — Нет никакой конкретной информации?

— Сколько потребуется, столько и будете ждать, — отрезала ведьма.

Затем вздохнула, задумчиво посмотрела в сторону садов, поморщилась от звуков бензопил и перевела тему:

— Ладно, вернёмся к нашим баранам. Что мы имеем? Неведомая тварь, причём сильная, оставляет глубокие борозды на металле, крадёт свиней и душит кур и собак?

Ядвига замолчала и начала мерно, словно в трансе, раскачиваться из стороны в сторону. Спустя полминуты раздумий она выдала:

— Жихарь. Или, как его ещё кличут, Жижак. Весьма редкий род двоедушников. В древности обитал по глухим болотам да по пещерам, любит заманивать и уводить скотину и нападать на заплутавших путников. Мог и вплотную к человеческому жилью подселиться, чтобы пакостить без продыху. А ещё… он до одури любит открытый огонь.

— И как его искать? Может, можно приманить? Постоянное открытое пламя в наши дни, конечно, большая редкость, — задумчиво протянул я, глядя на гудящий самовар. — Это раньше в деревнях печи топили даже летом. Тотальная газификация всё изменила. А, если мы искусственно создадим где-то постоянный источник огня, его туда притянет, как мотылька?