Мы так и стояли с ним на темном крыльце. Я только закатила глаза на такие заявления очевидцев.

— … съели? — раздался позади знакомый грозный голос.

Мы с Оловом синхронно обернулись. Пугающе близко к нам светились желто-оранжевые огоньки волчьих глаз. Друг машинально отпрянул назад, двигая меня за дверь. А я наоборот рванулась из-за него вперед к этим огонькам.

«Таор! Живой!»

Словно гора скатилась с плеч. Я молча прильнула к боку Волка, что есть сил обхватывая его обеими руками. Он положил сильную руку мне на голову, пятерней прижимая к себе.

— Кто такой, чего хотел? — услышала вибрирующий через грудь недобрый голос, вот-вот планирующий зарычать. Таор обращался к Олову.

— Олов — мой друг детства, он зашел узнать, как дела, — поспешно проговорила, поднимая глаза на Волка. — Олов, это… Таор.

Как представить Таора я не знала. Зато знал он.

— Таор из рода Волка. Аса — моя женщина, — перехватив инициативу, представил Таор уже меня. Мы с Оловом уставились на великородного во все глаза, я — привыкая к непривычному словосочетанию, Олов — кажется, тоже. Таор наклонил голову, осматривая его. — А не тот ли ты друг, который ей корень предлагал по дружбе всунуть?

Вопрос звучал бы даже добродушно, если бы задающий его Волк не пододвинулся плечом к ошеломленному Олову навстречу, пугающе мерцая при этом огоньками глаз. Я живо представила дальнейшие действия Таора при положительном ответе.

— Не он! — автоматически вырвалось у меня. — Другой! Другой друг!

— Г-г-ад, очень гад, встгече, бэг Таог, — быстро сориентировался Олов, картавя в несколько раз сильнее обычного. — Ну, если ты в погядке, Аска, я лучше пойду.

Заторопившись, он попятился, вжимаясь в деревянную стенку, чтобы не коснуться великородного.

— Эй, — окликнул его Таор и понизил голос до тех нот, на которых рычат звери. — Не болтай обо мне, рыжий. Ни с кем.

Вечерний воздух заколыхался от вибрации отчетливого «р-р». Предупреждение Волка расслышал бы и глухой.

— П-понял, — кивнул Олов, поспешно скрываясь в темноте. Тут же раздался грохот, сдавленный стон — отступая, Олов запнулся.

— Трусливые друзья страшнее врагов, Аса, — недовольно проговорил Таор, задумчиво глядя вслед убежавшей рыжей макушке. — На них бесполезно надеяться.

Вместо ответа я молча повисла на шее Волка, пряча лицо на его груди. Половина страхов развеялось буквально за мгновение, но говорить я пока не могла.

— Натерпелась, селяночка, — смягчившись, произнес он, приподнимая меня за пояс так, что я касалась пола только носочками ног. — Мне можно войти?

Дождавшись кивка, занес меня через порог.