— Серьезно. Не чуешь?

— Что я должен чуять?

— А ну! — Таор развернулся на Дрея, подошел к нему ближе. — Быстро говори, чем я занимался прошлой ночью.

— Мне почем знать⁈ — уже взвился Дрей. — Специально выбешиваешь этой трепологией⁈ В зубы давно не отхватывал!

— Не знаешь? Брат… — не поддаваясь на провокацию, Таор с беспокойством разглядывал покрасневшие глаза высшего Волка. — У тебя нос отшибло. Чуешь… хоть что-то? Покажи, где медведь прошел.

Дрей несколько мгновений буравил его взбешенным взглядом. Затем посмотрел в сторону. Развернулся вокруг своей оси. Потянул носом воздух, припал к дереву.

— Здесь?

Отрицательно мотнув головой, Таор уставился на Дрея уже с тревогой. Через полчаса экспериментов стало ясно: Волк, способный почуять добычу за пятьсот шагов, запахи практически не ощущает. Если ощущает — то не те.

— А я думаю, что с утром, почему от всего так несет… А это я! Я! — дезориентированный Дрей метался между деревьев. Он нюхал цветы, кору, даже всунул пальцы в найденный труп сдохшей мыши и растер, тщетно пытаясь почуять знакомую душную вонь, но не выходило. — Не тем пахнет! Не тем! Не тем! Не тем!

Бессильно сжимая кулаки, высший Волк с силой ударил в ствол ближайшей сосны. И еще. И еще! Стираясь о шершавую кору, костяшки закровили, марая руки. Крона мелко тряслась, осыпая нападавшего тысячами иголок. Остановившись, Дрей поднес кулак к носу и взвыл.

— Даже кровь не пахнет кровью!

Прыгнув в воздух и обернувшись уже огромным волком, он опять кинулся, шаря носом по траве, по деревьям, по Таору. По бессильному лязгу зубов, Таор понял, что и тут все плохо. Отчаянно захрипев, волк кинулся на избитую сосну, подгрызая ее уже клыками. Кора и щепки полетели во все стороны.

Таор никогда не видел Дрея таким испуганным, но его понимал. Немудрено обделаться: нюх для Волка — это как нога, как рука, как голова, как хрен! Его нет — и ничего нет. Самого Волка — нет.

— Погоди ты убиваться. Само началось, само и пройдет… Подожди пока. Или беги Грину сдавайся, — вслух сочувственно сказал, вспоминая вчерашний обморок портнихи.

Обернувшись в человека, Дрей сел прямо на землю, привалившись спиной к потрепанному им же дереву.

— А если не пройдет⁈ — выдохнул. — Если люди — дохнут, а мы — теряем нюх? Навсегда⁈

Молча глянув в глаза друга, Таор отвечать не стал. И так понятно — при таком раскладе лучше уж сдохнуть, чтобы не мучиться.

Забыв про обход, они застыли на крошечном пятачке между небольшим оврагом и огромной лужей. Не зная, что и думать, Таор с размаху пнул лужу окатив водой ближайшие кусты. Из-под густых веток в сторону зигзагами кинулась серая тень: случайно спугнутый заяц сорвался с насиженного места. Ни один из Волков не обратил на удирающего косого никакого внимания.