Я задумался. Этот вариант мне не нравился. Я очень много раз сталкивался с людьми, которые мне заявляли: «Мы не сможем сделать что-либо». Я всегда относился к ним скептически. Ты же даже не попробовал — откуда ты знаешь?

А вот ребята, которые всегда говорили: «Давай попробуем», вызывали у меня искреннее уважение. Они не боялись провала, они боялись даже не попытаться. И что самое странное — процентов пять этих случаев лишь заканчивались неудачей. Пять процентов! Это ничтожная цифра.

Ну а не получилось, так не получилось.

Правда это никогда не относилось к жизни человека. Однако тем не менее в данной ситуации он всё равно не сможет выжить без нашей помощи. Мы лишь ускорим конец, если что-то пойдёт не так. Но если ничего не делать он умрёт точно.

А если получится?

Во-первых, мы спасём чью-то жизнь. Это уже само по себе немало.

Ну а во-вторых, думаю, что бароны Астафьевы будут нам очень благодарны. А это, на минуточку, уже не просто договор, где тебя поставили к стенке и предложили выбор: соглашайся или умри. Точнее, потеряй всё, что имеешь. Это уже услуга! Причём такая, которую особо-то и оказать никто не может. Это создаёт совсем иной уровень доверия.

— Я согласна, — сказала она, когда мы всё ей рассказали.

— Хорошо, — сказал я, принимая решение. — Тогда мы сейчас готовимся и начинаем. Времени терять нельзя.

Сначала я начал наблюдать. Маг поддерживал больного с помощью зелий и перетертой в жижу еды. Я присутствовал, мне нужно было понять механизм. После того как зелье было залито в рот барона, я напряг зрение и наконец увидел. Еле-еле, на самой границе магического восприятия, — небольшое ядро и небольшая сеть магических каналов, разбегающихся по телу, как корни дерева. По ним очень редко, может быть раз в минуту, проходили слабые импульсы. Я смотрел на это несколько часов подряд, и наконец заметил: буквально чуть-чуть, на миллиметрик, но несколько отростков удлинились.

Получается, сеть строилась сейчас за счёт жизненных сил барона? Или нет? Видимо, всё-таки какой-то предохранитель в этом симбионте был. Чтобы окончательно не убить носителя, он отключал свою работу, когда чувствовал, что человек на грани. Но это означало, что процесс растягивался на месяцы, а то и годы — и все это время барон медленно угасал.

— А что, если добавить немного магии? — спросил я себя, и тут же решил попробовать.

Я аккуратно влил крошечную порцию своей энергии в ядро. И строительство пошло быстрее. Каналы начали расти заметно активнее, а зелье пошло по назначению, впитываясь в ткани. Но как только магия, влитая мной, закончилась, симбионт начал высасывать её крохи из зелья, и та превратилась в бурду прямо в желудке. Я понял, почему он не идёт на поправку. Зелье-то, считай, не помогает. Хорошо, если не вредит. А если там есть магические компоненты, то симбионт просто перехватывает их, оставляя организм без питания.