Если бы не сильные руки, меня бы точно снесло ударной волной его голоса.

Ушам становится больно, зато вокруг нас затихает битва. Каждый сражающийся с удивлением замирает и оборачивается на человеческую девушку, обнимавшую за голову огромного орка.

Ошнар коротко целует мой живот.

— О чём только думала, когда пришла сюда? — произносит мне в грудь и встаёт.

Он зол. На меня. И почему-то меня это расстраивает, хотя я всё сделала правильно.

— Эй! Там лорд Виктор!

— Почему он скован?

— Орки?

— Лорд Кассиан! Смотрите! Да не оборачивайтесь! Следите за врагом!

Мои люди слегка опускают мечи, а орки заинтересованно высматривают фигуры, ворвавшиеся на площадь.

— Я бы отсёк бошки всем троим, — шипит один из племени, всё тело которого раскрашено чёрной краской.

— Я жажду мяса, — отвечает его недовольный товарищ.

Я хватаю Ошнара за руку, и орк успокаивающе сжимает мои пальцы.

— Кто сдвинется — прирежу.

— Нахрен ты творишь?! — ругается раскрашенный. — Велел всех громить, а теперь сваливать требуешь? Дурак?! Баба заколдовала «великого» вождя?! Сла...

Орк не успевает договорить, как получает по морде. Кулак Ошнара служит ответом и ему, и всем остальным.

— Остановите сражение! — пусть все и так стоят замершие, лорд Кассиан всё равно машет руками. К рукаву его мантии прилипла грамота из дорогой бумаги.

Рядом с лордом останавливается, ведущий закованного в цепи Виктора, Марк. Парень толкает лорда вперёд, и тот падает на колени прямо посреди площади, прямо посреди битвы. Избитый, злой, напуганный. Его подлые руки связаны за спиной.

Народ начинает шуметь. Никто не понимает, что творится. Зато наши лекари пользуются воцарившим шоком и оттаскивают раненых с поля боя.

Ошнар не выпускает моей руки.

Что здесь происходит? Они привели Виктора? Сейчас они расскажут, что случилось на самом деле?

Бутон надежды, завядший в этот день, вновь распускается в душе.

Марк взглядом находит меня в толпе и незаметно подмигивает.

Они успели! Они спасли отца! И теперь…

Лорд Кассиан шагает вперед. Его голос, усиленный магией или необыкновенной решимостью, звучит едва ли не громче орчьих визгов.

— Люди королевства! Смотрите! Смотрите на того, кого вы считали своим спасителем! — он указывает на Виктора. — Это он отравил нашего короля! Это он наслал на нас мор! Это он отдал принцессу Аврору оркам, а потом послал убийц, чтобы скрыть следы! Он виновник всей этой бойни! Смотрите! Внимайте! На бумаге правда, подтверждённая семью печатями!

Не давай народу опомниться, лорд зачитывает грамоту. Оказывается, именно из-за Виктора земли дружественного нам орочьего племени оказались сожжены, именно из-за него наш народ чуть не вымер от страшной болезни!