На голову будто ведро воды вылили.

—Нет, — голос дрогнул. — Отец, я не могу. Я не выйду за Марка!

— Это не просьба, Аврора! — от удара костяшками пальцев по подлокотнику кресла проходится трещинка. — Это приказ твоего короля! Ты думала, я позволю тебе связать свою жизнь, свою кровь с этим монстром? Отдать ему право наследовать трон?! Это безумие!

— Да не собираюсь я ему отдавать трон! Мы... мы просто союзники! А Марк ещё отходит от горя по жене!

Отец сошёл с ума? Какой сейчас брак? Он себя уже похоронил? Да и кто сможет править лучше него?

Марка я уважаю и люблю, как давнего друга, но с тех пор, как три года назад он женился, мы с ним почти не виделись. Он обустраивал семейное гнездо, занимался бумагами в поместье под столицей, да подбирал мужчин на службу в гвардию.

Нам некогда было общаться, некогда узнавать друг друга взрослых. Да и я никогда даже подумать не могла о нём в подобном ключе! А теперь отец мне предлагает скорое замужество. Даже не предлагает, а требует от меня пойти под венец, даже не внимая моим доводам!

— Марк заботится о народе, ему некогда горевать. Таких преданных короне подданных мало, особенно, Аврора, твоего возраста, — он давит, будто это может меня переубедить. — И ты хорошо его знаешь, как и знаешь, что Марк никогда тебя не обидит.

— Не сомневаюсь, отец. Марк примерный мужчина. Но...

Как, ну как ему объяснить, что при мысли о замужестве у меня выворачивается вся душа? Не желаю, я не желаю выходить за Марка! И за кого-то еще не желаю! Не хочу, разве моего «не хочу» так мало?

Мало. Я принцесса и я обязана поступать так, как того требуют порядки. Мне нужно выйти замуж и посадить на трон нового короля, пока отец еще может помочь и подсказать.

Так почему же сейчас больнее, чем прежде? Почему я так остро реагирую на обыкновенные для аристократов ситуации?

— Я не готова, отец.

— А к чему ты готова? — он злится, по покрасневшим глазам вижу. — Остаться старой девой? Потерять наш трон и отдать его очередному Виктору? Аврора, я верю Марку. И...

Отец осекается. Он неожиданно сильно пучит глаза, будто что-то вспомнив.

— Твою связь мы разорвём. Ты же из-за зелёного зверя переживаешь. Это не твои мысли! Это мысли монстра, который удумал привязать тебя к себе!

Он хочет сказать что-то ещё, оскорбить Ошнара, задеть меня и нашу с ним... дружбу? Ох, как сложно дать определение нашим взаимоотношениям. Мы точно больше не враги, но и не друзья. И Ошнара я монстром не считаю.

— Он не монстр! — горячо протестую я. — Он спас нас! Он отвел свои войска, когда мог уничтожить всех! Отец, мы были слабы, нас бы даже стая гоблинов бы поставила на колени, и никакая армия не успела бы подоспеть из провинций!