— Я в форму не влезла! — парировала Попова.

— Что, и черной юбки не нашлось? Ну? Или колготки порвались? Что ты скажешь?

— Я не влезла ни в одну.

— Чушь! — в голосе классной клокотала ярость. — Ты просто наплевала на всех. Что ж, с нового учебного года — никакой свободной одежды. И пусть все знают, кого за это благодарить.

— Ой, да ничего страшного! Че вы начинаете?

— Иди! Домой!

Зазвучала песня «Когда уйдем со школьного двора», Еленочка смолкла. Стихли шепотки. Наверное, девчонки решили, что ничего страшного, за лето Еленочка забудет свои угрозы, но я знал: не забудет, она крайне злопамятна.

От злости классной казалось, что становится еще жарче. Речь взяла завуч, рассказала, что подошел к концу еще один учебный год, что мы молодцы, у нас было много достижений, и некоторые с завтрашнего дня начнут отдыхать, например, ученики первых-третьих классов.

Мелкоты было больше всех, на восьмидесятые пришелся пик рождаемости, и классов в младшей школе было по четыре, причем в каждом по тридцать и более человек. Пятых — восьмых — по три класса, причем чем старше, тем меньше в классе учеников.

Наших девятых два, класс «А», самый дикий и бестолковый, расформировали, но сохранившимся классам оставили привычные буквы «Б» и «В».

Поскольку после девятого многие уходят в училища, десятый и одиннадцатый в школе один, причем в старших классах парней до десяти человек и подавляющее большинство девушек.

Началось вручение грамот младшеклассникам, их давали не только отличникам, но отличившимся за всяческие достижения. Протянулась дорожка муравьев от скопления мелкоты к обливающемуся потом директору.

Зря, конечно, линейку затянули, и для многих она превратилась в пытку. Многие девочки пришли в коричневой шерстяной форме, потому что нет ничего по сезону, так можно и тепловой удар получить. Я бы на месте дрэка сократил программу, но он и не думал этого делать. Торжественную часть вели десятиклассники, читали стихи, посвященные выпускникам, которые, подозреваю, сочинила им Верочка.

И вот наконец под звуки вальса вышел одиннадцатый класс. Танцевать мало кто умел, потому выпускники стали в круг с шариками в руках, а отдуваться пришлось трем парам, да и парней не хватило бы на всех. Наташка танцевала с женихом Инночки, Корякиным Сережей.

Оттанцевав, Наташка забрала микрофон у ведущей и под «минус» запела «Прекрасное далеко». Голос у Наташки и правда был приятным, и диапазон — довольно широким, но пела она, не вкладывая эмоции в слова, потому должного эффекта песня не произвела.

Под аплодисменты собравшихся выпускники отпустили устремившиеся ввысь воздушные шарики. Шары, наполненные гелием, были редкостью, на сто процентов уверен, что мелкота устроит на них охоту по лесам-полям-огородам, потому в каждый шарик одиннадцатиклассники вложили маленький подарок-послание.