— Мы же в Тяньцзинь едем, — встрепенулся Антон. — Помнишь, нам рассказывали, что там тоже есть Пекинская опера. Может, зайдем?

Маша едва не подавилась тарталеткой с красной икрой.

— Зачем так жестоко шутить? — сделала она печальное лицо. — Я ещё от первого культурного шока не отошла.

— А что, — продолжал глумиться Гризов, — там, говорят, продолжение дают: «Прощай, моя вторая наложница». Посмотрим?

— Без меня, — отрезала Маша, сама себе плеснула шампанского в бокал и выпила залпом.

К тому моменту, когда лимузин подкатил к пристани, Маша уже была пьяна, как подружка невесты на свадьбе. Но с честью выбралась наружу и сама дошла до яхты, ни разу не споткнувшись. Хотя на ней было узкое красное платье с глубоким декольте и туфли на высоком каблуке.

Несмотря на то, что заказанная джонка выглядела вполне аутентично — массивный деревянный корпус под старину, сверкавшие медью иллюминаторы, две мачты, бамбуковые реи и четырёхугольные паруса из циновок, — местные гондольеры оказались одетыми по-европейски. А капитан, в своем кителе с золотыми пуговицами и фуражке, вообще сошел бы за британца, если бы не раскосые глаза. Чувствовался расчет на иностранных туристов, поскольку мало кто из китайцев был готов просадить годовой бюджет средней семьи из десяти человек за одну ночь.

Услужливый капитан встретил Машу и Антона у лимузина и поприветствовал по-английски. В ответ Маша приветливо махнула ему рукой «Хеллоу, Джон», хотя звали того Ли Гуабань.

Не переставая улыбаться, капитан проводил их на корабль, предложив сразу пройти в роскошную каюту. Но, обдуваемая лёгким ветерком, счастливая парочка предпочла пока остаться на палубе и какое-то время наслаждаться окрестными видами набережных Хайхэ. В центре города, откуда должно было начаться путешествие, набережная выглядела вполне прилично и призывно светилась многоликими огнями.

— Какая красота… — зачарованно твердила Маша время от времени, но Гризов так и не понял, что именно она имела в виду, — лимузин, яхту, окрестные виды или все сразу.

С прибытием гостей корабль стал готовиться к отплытию. Юркие матросы забегали по палубе, «отдали концы», и довольно массивное судно пришло в движение. Антон не поскупился, выбрал экземпляр не из самых хлипких. На джонке заработал вполне современный мотор, под кормой забурлила вода, и двухмачтовое парусное судно отошло от пристани. Прогулка началась.

— Уважаемый, — остановил Гризов пробегавшего мимо матроса в отглаженной униформе, обратившись к нему по-русски, — принесите-ка нам напитки и закуски на корму. Мы, пожалуй, там посидим пока.