Матрос ничего не ответил. Но улыбнулся с пониманием, как будто всю жизнь учился в русской школе, кивнул и в мгновение ока исчез под верхней палубой. Испарился, словно его и не было.

— Ты думаешь, он тебя понял? — с сомнением покачала головой Маша.

— Скоро узнаем, — пожал плечами Антон.

Яхта полностью отчалила от пирса и начала свое ночное плавание по реке, обрамленной огнями.

— А ты знаешь, что Хайхэ, протекая сквозь Тяньцзинь, потом держит путь аж до самого моря, — поведал Гризов.

— Опять в интернете вычитал, знаток? — усмехнулась девушка, прильнув к нему посильнее.

— Ага, — кивнул Антон, — только путь этот извилист и соединен узкими каналами. Самое широкое русло здесь, в городе. Надеюсь, мы там пролезем, хотя суденышко у нас приличных размеров.

— Предлагаешь выйти в море? — уточнила Маша и, не дождавшись ответа, сообщила: — Я согласна плыть с тобой хоть на край света.

— Договорились, — подвел итог Гризов, нежно целуя в висок красивую и пьяную брюнетку, — сейчас покружим немного по Тяньцзинью, расслабимся, а потом в море.

Джонка на полном ходу прошла под высоким мостом и, совершив поворот, оказалась в другой части города. Здесь тянулись в небо залитые огнями небоскребы и шумела жизнь даже в этот час. Русло стало шире. Повсюду виднелись пристани с яхтами, катерами и джонками. А на воде обнаружилось активное движение: как минимум пять кораблей шли им навстречу и еще три догоняли сзади. Все джонки выглядели роскошными, и на каждой из них гуляла какая-то компания. С ближних кораблей до Антона донеслась китайская речь.

— Смотри-ка, — удивился Гризов, — не только русское купечество гуляет сегодня, но и местные богатеи.

В этот момент мимо них по направлению к корме два матроса пронесли довольно длинный стол, накрытой белоснежной скатертью и уставленный раззолоченной в китайском стиле посудой. На всех бокалах, тарелках, вазочках и блюдцах извивались и сверкали многоликие драконы. А внутри Гризов успел разглядеть черную икру, запечённых лобстеров, угрей и массу других морских гадов, которым он даже не знал названия. Все это великолепие морепродуктов обрамляли вполне знакомые европейцам канапе, тарталетки и прочие закуски. Но больше всего Машу впечатлило французское шампанское в ведрышке со льдом.

— Ну вот, — самодовольно ухмыльнулся Гризов. — Все получилось. Думаешь, только у тебя есть талант общаться с китайскими официантами на нашем языке? Хотя за такие деньги они могли бы уже и русский выучить.

— Думаю, они тебя запомнят и в следующий раз подготовятся получше, — подтвердила Маша, а, проводив взглядом ведерко с шампанским, прозрачно намекнула: — Может, пойдем за ними следом?