— Хозяин, критическая ситуация! — завопили сотни тоненьких голосов муаров. — Беда! Мы не можем остановить это!
Дилль и сам уже понял, что беда, но ничего не мог противопоставить действию неведомого вещества — от невероятной боли его мысли путались, органы чувств отказывали одно за другим, и пару секунд спустя он потерял сознание. Муары ещё некоторое время пытались бороться с демонским ядом, но всё, что им удалось, это лишь слегка ослабить его воздействие на нервную систему. Хозяин муаров не умер от паралича дыхания, но и только.
* * *
Жалкие остатки хивашского тумена бежали подальше от поля боя, который правильнее было бы назвать бойней. Из десяти тысяч испытанных бойцов в ночной резне выжила едва ли половина. Каган Джагатай с лицом, чёрным от горечи поражения и злости, погонял своего уставшего скакуна точно так же, как и рядовые пустынники, и периодически поглядывал на дизанцев. Тем тоже досталось, хотя и не так сильно, как хиваши — не менее сотни своих всадников оставили они лежать в ночной темени. А вот кто почти не пострадал — так это ситгарские маги. Их сводный отряд, прикрываемый дисциплинированными дизанцами, отступал организованно, огрызаясь на врага огнём, электрическими разрядами и странными смерчами, едва видимыми в ночной темноте. Каган прекрасно осознавал, что если бы не маги, сумевшие отбить нападение с неба, ему и его войску пришёл бы конец ещё до начала резни. Да и позже собакоголовые твари прекратили преследование явно потому, что опасались ответных действий человеческих магов. Потому что численный перевес был на их стороне. Непонятно было только одно: а где маги демонов? В ночной резне участвовали только воздушники и наземная пехота. И ни одного свидетельства о работе магов. Странно.
Возможно именно ввиду отсутствия со стороны демонов магических атак ситгарские маги почти не понесли потерь. «Почти» странным образом залило сердце жестокого вождя пустынников печалью. Ибо за этим коротким словом скрывалась гибель того человека, который столько сделал для народа хиваши в целом, и для Джагатая лично. Маг Диллитон. Признанный Великими драконами братом. Обладатель огня невероятной силы. В одиночку уничтоживший могущественный Ковен. Помогший кагану и ситгарскому королю найти общий язык и стать союзниками. В недавних битвах сумевший нейтрализовать дракона-зомби и изгнавший зловредных колдуний. И, наконец, просто человек, которому Джагатай искренне симпатизировал.
Ситгарец никогда не заискивал перед ним — ни во время своего пленения после уничтожения им пустынной девы (кстати, вот ещё один его подвиг), ни потом, когда Джагатай объявил себя властителем хивашских земель. Но и не кичился своим близким знакомством с Великими — а ведь любой другой на его месте ходил бы, высоко задрав нос и поплёвывал бы свысока на весь мир. На людях Дилль выказывал Джагатаю подобающие знаки уважения, тем самым поддерживая его авторитет, зато наедине мог высказаться откровенно и даже с применением ругательных оборотов. И он, будучи магом, знал, что такое воинская честь. Именно прямота и честность ситгарца, а также его несомненный ум, так импонировали Джагатаю — он даже хотел женить мага на своей любимой дочери. Жаль, что не срослось…