И вот молодой ситгарский маг погиб. Он остался один на один с демонским чудовищем огромного роста и разделался с ним, как пустынный суслик с ядром ореха. Схватка крошечного мага-человека с гигантом-демоном была прекрасно видна даже ночью. Джагатай отчётливо видел, как Дилль дрался, как победил противника, и как он потом ринулся на врагов, заливая пространство перед собой огнём и уничтожая сотни собакоголовых тварей. И как потом Дилль упал — от магического истощения или от ран, неизвестно. И, наверное, погиб. Лучше бы погиб, подумалось Джагатаю. Потому что попасть в плен к демонам — это та же смерть, только наверняка долгая и мучительная. Лучше уж сразу…

Каган поморщился, вспоминая собственную неудачу. Он, наплевав на свою безопасность, в сопровождении всего лишь пятерых всадников попытался вытащить ситгарца. Но добраться до упавшего Дилля им не удалось — орды собакоголовых, конечно, отошли перед сумасшедшим наступлением ситгарца, но их фланги уже смыкали смертоносные клещи. И если бы Джагатай с товарищами добрался до Дилля, то попросту был бы окружён врагами и уничтожен. Кагану пришлось дать команду остановиться. Единственное, что можно было бы считать успехом этого дерзкого и короткого рейда, это вынос тела второго ситгарца — вампира и мага-воздушника. Его заметил один из хиваши, и на обратном пути Джагатай велел захватить тело героя с собой. Вернувшись к остаткам своей разбитой армии, Джагатай велел передать тело магам. И лишь полчаса назад узнал, что, оказывается, вампир жив. Не иначе, что его душа к телу гвоздями прибита — другой бы после такого удара, которым наградил его многорукий демон-гигант, умер на месте. А этот выжил. Переломан, правда, весь, как сказал принёсший известие пустынник. Джагатай знал, что у магов есть специалисты, которые могут быстро поставить на ноги даже тяжело раненых, и пожелал вампиру-магу скорейшего выздоровления. Сейчас, во время изнурительного бегства, его вряд ли сумеют вернуть в боевое состояние, но потом — обязательно.

Каган заметил двух ситгарцев, которые ехали в его направлении. В них он узнал мастера-мага Криана и графа Марни — командиров ситгарских отрядов. Чуть придержав коня, чему усталый скакун радостно подчинился, Джагатай дождался их прибытия и коротко кивнул в знак приветствия. Граф Марни тоже склонил голову и стукнул себя кулаком по левой стороне груди, а маг, к удивлению кагана, начал делать какие-то пассы руками. Джагатай уже хотел осведомиться, что это за странное приветствие, когда почувствовал освежающий ветерок вокруг себя, начавший ласково обдувать его потное лицо. Сразу же стало легче дышать.