Дилль хотел было крикнуть, чтобы Тео двигался наперерез этому четырёхрукому ужасу, но тот уже и сам всё сообразил. Вскоре оба мага оказались между отступающими ситгарцами и остатками хивашского войска и демонами, возглавляемыми гигантом-безумцем. И стоило им приблизиться к четырёхрукому, как Дилль почувствовал, что драконья ярость вскипает в нём бурным потоком и вымывает из него остатки истинной сущности. Ещё пару мгновений, и он перестал быть человеком и превратился в дракона. Пусть его тело было слабым и хилым, пусть он не мог самостоятельно летать, но зато он мог вступить в бой с исконным врагом и убить его при помощи драконьего пламени. Что Дилль и проделал.

С конца чёрного посоха сорвалась двадцатиметровая струя драконьего пламени. Гигантская фигура демона окуталась огнём, а земля вокруг него вскипела на расстоянии сотни шагов. Бежавшие в отдалении за предводителем собакоголовые с визгом бросились прочь — ну, те, кто вообще сумел уцелеть в огненной атаке. Демонские летуны, словно рой громадной саранчи, носившиеся в воздухе, тоже изо всех сил помчались в разные стороны от эпицентра огненного кошмара. И в итоге как-то так само собой получилось, что на одном конце поля боя оказались ситгарцы и остатки хивашских войск, на другом — собакоголовые полки и рой летунов, а посередине между ними два мага и архидемон.

Ни щит Тео, ни щит Дилля не могли защитить от раскалённого воздуха. И если Дилль в яростном безумии не обращался на это внимания и был готов умереть, но добраться до врага, то вампир сохранил хладнокровие. Тео, как только узрел огненный выплеск, какого никогда не видел у Дилля, понял, что сейчас попросту задохнётся от жара, тотчас поднял доску выше и направил её по направлению к собратьям-магам. Дилль, увидев, что горящая фигура демона начала отдаляться, взвыл совершенно нечеловеческим голосом и едва не спрыгнул с доски — благо, Тео успел схватить его за поясной ремень.

Возможно, Дилль обрушил бы свою нерастраченную ярость на друга — как это уже однажды почти произошло. Но в этот момент из красно-чёрного раскалённого облака выпрыгнула громадная фигура демона. Говорят, что демонам огонь не страшен, что это родная для них стихия, как и для драконов. Наверное, это действительно было так. Но то пламя, в которое попал четырёхрукий гигант, было другим. Огненная стихия, перемешанная с биомагией разрушения и усиленная примусами и муарами, драконья ярость и частички дыхания Великой Госпожи создали убойный коктейль, который мог причинить вред даже архидемону.

Исторгая из себя оглушающий рёв, демон, покрытый смертельным огнём, гигантскими прыжками помчался к наглым магам, причинившим ему такую боль. Доспехи его уже не светились красным — они попросту расплавились. Из вооружения уцелела лишь одна секира — видимо, особо устойчивая к пламени. Второй топор, как и оба щита, постигла участь доспехов. Биомагия разрушения проела дыры в теле демона, разрушив не только защитные костяные наросты и шипы, но и полностью лишив его двух рук. Однако несмотря ни на что израненный гигант с рёвом мчался вслед улетающим людишкам. Остальные участники ночной бойни — что с одной стороны, что с другой, невольно замерли, наблюдая за этой необычной дуэлью.