Но больше всего меня поразила кровать. Она стояла в нише, отделённой от основной комнаты стеклянной перегородкой. Огромная, прямоугольная, с тёмным деревянным изголовьем, застеленная идеально белым бельём.

— Зачем тебе такая большая кровать? — спросил Дарен, плюхаясь на диван и оглядываясь. — Тут же можно впятером спать.

— Я впятером не пробовал, — ответил Ридан, и в его голосе мелькнула тень усмешки.

Он подошёл к шкафу, встроенному в стену, и открыл створки. Внутри на плечиках висели вещи — чёрные, строгие, наши. Форма Хранителей. Комбинезоны, куртки.

Ридан вытащил три комплекта и бросил их на диван. Дарен поймал свой на лету. Кассандра подхватила второй. Третий, женский, комбинезон — точно моего размера — Ридан протянул мне.

Родненькие. Как я по ним соскучилась. Я провела пальцами по плотной, эластичной ткани, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. В этой одежде я была не просто испуганной дочерью пропавшей женщины — я была Хранительницей. Той, кто закрывает порталы. Той, кто идёт до конца.

— Откуда у тебя женский комбинезон? — спросила я, поднимая глаза.

Ридан не ответил. Только посмотрел на меня — долгим, непроницаемым взглядом. Кассандра замерла на секунду, потом отвернулась и направилась в угол комнаты, делая вид, что разглядывает книги.

— Переодевайтесь, — сказал Ридан. — Пять минут.

Я схватила комбинезон и быстро скользнула в ванную.

Она оказалась такой же неожиданной, как и вся квартира. Огромная, с чёрной плиткой на стенах и белым полом, который светился изнутри. Две раковины, большая ванна, душевая с огромной лейкой, от которой пахло мятой и чем-то цитрусовым. Всё чисто, всё на своих местах — ни капли хаоса.

Я быстро стянула с себя платье — то самое, Кассандры, которое успело стать родным, — и натянула комбинезон. Ткань скользнула по коже, облепила бёдра, талию, грудь, зашуршала молнией на спине. Я посмотрела на себя в огромное зеркало: чёрный, как вторая кожа, синяк на скуле, который уже почти сошёл, и глаза — решительные, холодные, совсем не мои.

Платье, которое я сняла, валялось на полу. Передавать его Кассандре обратно не хотелось. Я огляделась, нашла стиральную машину, закинула платье внутрь. Сами потом разберутся.

Я вышла из ванной.

Ребята уже были готовы. Дарен красовался в чёрном комбинезоне, который сидел на нём как влитой, и крутил в пальцах какой-то кинжал. Кассандра стояла у окна, глядя во двор. Ридан держал в руках небольшую сумку — чёрную, кожаную, с тугими ремнями.

— Что там? — спросила я, кивая на сумку.

— Деньги, — коротко ответил он. — Пошлите.