— Наконец, — сказал мужчина, и его голос разнёсся по залу — низкий, бархатный, с металлическими нотками.
Мама повернулась в нашу сторону. Её глаза округлились, когда она увидела меня, и в них плескалось столько боли, страха и… вины?
— Вилия! — выдохнула она. — Прости…
— За что? — перебил мужчина, сидящий напротив неё. — За то, что прятала её от меня?
Он ухмыльнулся — холодно, безжалостно — и поднялся с кресла. Встал во весь рост — высокий, массивный, с широкими плечами, которые, казалось, заполнили собой половину зала. И начал медленно, вальяжно приближаться ко мне.
— Как же ты похожа на неё в молодости, — сказал он, останавливаясь в двух шагах.
Он протянул руку, чтобы коснуться моего лица, но Ридан встал между нами, заслонил меня собой. Его тело напряглось, как струна, и я почувствовала исходящую от него волну холодной, ледяной ярости.
— Это что тут еще? — спросил мужчина, покосившись на Ридана с ленивым интересом, будто тот был мухой, которую можно стряхнуть.
— Твоя смерть, если ты обидишь Вилию, — сказал Ридан, и тени вокруг него вдруг взвились в воздух.
Чёрные щупальца магии заклубились у его ног, поднялись вверх, обвили руки, плечи. Глаза его стали чёрными — бездонными, страшными. Какой же он опасный в эти моменты. И прекрасный.
Но мужчина будто не испугался.
Он усмехнулся — коротко, презрительно — и поднял руку. Одно движение — едва заметный жест пальцами. И волна невидимой силы ударила в Ридана, в Дарена, в Кассандру, отбросив их к стене, как кукол. Ридан ударился спиной о каменную кладку, Дарен рухнул на пол, Кассандра вскрикнула — коротко, сдавленно.
А парень, который привёл нас — мой брат, — стоял в дверях и тихо смеялся. Запрокинув голову, довольно, будто смотрел любимое представление.
Я осталась одна напротив этого человека.
Сердце колотилось где-то в горле. Но я не отступила.
— Кто ты? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.
Он наклонил голову, и в его взгляде мелькнуло что-то странное — гордость? Удовлетворение?
— Я твой отец, Вилия, — сказал он. — И ты пришла домой.
Глава 15
Я стояла в полнейшем шоке.
Мужчина, который назвался моим отцом, стоял рядом и улыбался. Спокойно, уверенно, будто мы встретились в кафе за чашкой чая, а не в заброшенном поместье на границе Тёмных земель.
Ридан, Дарен и Кассандра поднимались с пола — медленно, с трудом, но поднимались. Живые. Целые. Оглушённые, но не раненные. Хоть какая-то хорошая новость в этом кошмаре.
— Как? — выдохнула я, глядя на отца. Голос прозвучал чужим, хриплым.
Он изучал меня. Взглядом, который скользил по лицу, по плечам, по рукам — будто оценивал, измерял, запоминал.