— Знаете, профессор, — она нервно провела рукой по волосам, — легче сражаться с тираном, когда никто не знает, что он твой отец. Когда твоя ненависть не вызывает подозрений.

Она начала расхаживать по комнате, как зверь в клетке. Половицы скрипели под её шагами, отсчитывая секунды напряжённой тишины.

— Белозерский не просто символ. Он ключ, — в её голосе звучала убеждённость фанатика. — Не козырь в игре, а надежда свергнуть тирана. Последний законный наследник трона.

Она остановилась, глядя на пыльный портрет на стене — старика в военной форме, чьи глаза, казалось, следили за каждым её движением.

— Демидов боится призраков старой династии. Боится, что народ вспомнит, как жилось при настоящих правителях, а не при узурпаторе. Даже упоминание фамилии «Белозерский» запрещено в публичных местах, — её кулаки сжались. — Он начал тратить огромные ресурсы на поиски мальчика, которого считал давно мёртвым. Это говорит о многом, не правда ли?

Профессор задумчиво потёр подбородок, словно взвешивая свои следующие слова. Он медленно поднялся с кресла и подошёл к старинным напольным часам, стоявшим в углу комнаты. На мгновение он замер, прислушиваясь к их мерному тиканью, отсчитывающему секунды напряжённой тишины. Затем, будто приняв важное решение, он развернулся к Марте.

— А что, если я скажу, что знаю, где он? — произнёс он почти небрежно, но в его глазах вспыхнул странный огонёк.

Марта замерла на полушаге. Её лицо на мгновение озарилось надеждой, которая тут же сменилась острым подозрением. Она медленно подошла к профессору, вглядываясь в его лицо так, словно пыталась прочесть скрытые мысли.

— Он сейчас наверху, — продолжил профессор, глядя на потолок. — Спит в моей гостевой комнате.

Мир словно остановился для Марты. Она застыла, не в силах выдавить ни слова. Её взгляд метнулся к лестнице, затем обратно к профессору, будто проверяя, не шутка ли это.

Я понял, что прятаться дальше бессмысленно. Медленно поднялся на ноги, чувствуя, как затекли мышцы от долгого лежания в неудобной позе. Каждая ступенька скрипела под моими шагами, отсчитывая секунды до неизбежной конфронтации.

Когда я появился в дверном проёме, Марта инстинктивно дёрнулась к поясу, где обычно носила оружие. Но сегодня его там не было — видимо, профессор настоял на встрече без средств поражения.

Мы долго смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Два человека, связанных цепью случайностей и чужих решений, принятых задолго до нашего рождения.

— Не ожидал встретить тебя здесь, Марта, — наконец нарушил я тишину.

— А я не ожидала, что ты станешь подслушивать чужой разговор, — парировала она, но в её голосе не было настоящей злости.