— Пей.
— М-м-м-м, — Тоха мотнул головой, в затылке заломило. — Что это?
— Пей, пей.
Тоха выпил прохладную воду и откинулся на подушки.
— А теперь полежи минут пятнадцать, — донёсся из горницы голос Прилуцкого. — Похмелье как рукой снимет.
В комнату вошёл Ян в классической форме комиссара. Кожаная куртка, синие галифе, кожаная фуражка, правда, без звёздочки. С правой стороны на ремне кобура с маузером.
— Ну что, полегчало?
— Ага. Чуть отпустило, — буркнул Тоха.
— Полежи с четверть часа. Будешь свеженький. Как спалось?
— Да ну нафиг. Фигня всякая снилась.
— Всю ночь метался по кровати, — Анфиса положила прохладную руку на разгорячённый лоб программера. Прикосновение оказалось приятным. — Стонал, кричал, звал кого-то. На бусурманском языке разговаривал.
Через пятнадцать минут действительно существенно полегчало. На завтрак Тоха смолотил картошку с квашенной капустой и выпил две кружки травяного чая…
Вышли из хаты вдвоём с капитаном. Солнце уже поднялось, снег искрится под его лучами. Мороз не сильный, по ощущениям градусов пять.
Направились по широкой — запросто можно вдвоём рядом идти — по тропинке.
— Мы куда? — спросил Тоха.
— Увидишь.
Пока шли, Прилуцкий, узнав, что Ромыч так и не рассказал о физике времени, быстро ввёл в курс дела.
Любой предмет в мире, неважно живой или неживой, в том числе человек — всего лишь голограмма. Если предмет находится зримо в какой-либо точке пространства, это всего лишь означает, что в этой точке его «больше», чем в другой точке вселенной. Но такая же голограмма существует и в параллельных мирах.
Человек ежесекундно сталкивается с выбором — поступить так или иначе. Когда делает тот или иной выбор, то идёт своим путём. Своей судьбой. Это — основная ветвь времени, ветвь, по которой человек идёт, совершая выбор, который для него наиболее вероятен.
Почти во всех случае выбор предполагает одну ситуацию из двух: пойти налево или направо, кошелёк или жизнь, войти в эту дверь или в ту. Даже если дорог несколько, все равно всё сводится к двоичному выбору. Бинару. Пойти сюда или не пойти. Войти в эту дверь или не входить.
Когда человек выбирает что-то сознательно или полуосознанно, то образуется новая хроноветвь с противоположным выбором. Новый мир. Бинар. И в этом, новом, мире всё идёт по-другому. И снова новый выбор.
Если значимость выбора невелика, то бинар может «засохнуть», «влачить жалкое существование». Если выбор очень значим для человека, то и ветвь получается сильная. Если человека или его двойника убивают, то другие голограммы становятся сильнее.